Фараон

— Я не знаю царь, — тут он стал сильно потеть и волноваться, — я просто привёз то, что мне выдали со склада в храме.

— Скормить бы тебя крокодилам, — я погладил подбородок, — но ладно, обратно повезёшь гонца с моими подарками царю.

— Я всё выполню, только прошу не лишай меня жизни царь! — он только сейчас поняв, что ему угрожает, упал на колени, протягивая ко мне руки.

— Поставьте для него и его людей шатры, — распорядился я Рехмиру, — еду и вино, чтобы не знали голода и жажды.

— Конечно царь, — Рехмир с достоинством поклонился, — всё сделаю. А что делать с подарками?

— Выкинете в Нил, — распорядился я, — всё без остатка.

Закончив с приёмом «подарков», мы направились обратно в поместье, а я наклонившись, тихо сказал Рехмиру:

— Только деревянные поддоны выкидывайте ближе к месту, где их можно будет потом переиспользовать, а медный лом кидайте ближе к кузне.

Управляющий удивлённо на меня посмотрел, но кивнул, подтверждая, что понял приказ. Слуги и рабы отправились выполнять его, а мы с моим небольшим кругом, пошли доедать ужин.

— Этот поступок Менхеперра, — к моему локтю на секунду прижалась госпожа Исида, — был истинно царским. Ты так сильно напомнил сейчас дедушку, великого Аахеперкара, именно так о нём говорил мой муж.

— Спасибо госпожа Исида, — тепло улыбнулся я ей в ответ, — вы знаете, как я вас уважаю, даже несмотря на то, что не ваш сын.

— И я этому весьма признательна, — поклонилась она, — внимание бога, очень приятно.

Обменявшись с ней любезностями, мы вернулись за стол и когда к нам вернулся довольный Рехмир, я сказал ему, чтобы он собирался в поездку, поскольку нам так удачно подвернулась лодка. Он согласился и сказал, что через три дня будет готов, благо подарки для царя Хатшепсут, были готовы и упакованы, чтобы не побились.

* * *— Рехмир! — визирь поднялся с низкого стула, когда помощник доложил, что его аудиенции просит племянник.

— Дядя! — молодой парень вошёл в комнату и заулыбался, когда они обнялись.

— Загорел как сильно, словно слуга какой, — визирь отстранил молодого человека, чтобы лучше его рассмотреть, — и чего тебе во дворце не сидится?

— В каком дворце? — удивился племянник.

— Во дворце царя Менхеперра разумеется, — не понял его вопроса родственник.

— А где у царя есть дворец? — снова переспросил тот и Усерамон понял, что между ними происходит какое-то недопонимание.

— Так подожди, ты ведь живёшь сейчас вместе с царём? — решил уточнить он, и когда парень кивнул, то довольно продолжил, — ну вот в его поместье есть дворец.

— Нет у нас никакого дворца, — нахмурил брови Рехмир, — есть дом, но мы его сами построили.

Усерамон нахмурился.