Фея Темной

И это чувство в ней было таким сильным, таким отчаянным, словно его девочка была готова сразиться со всем миром за право любить его.

И это было больно. Потому, что означало — его решение принесёт ей страдания. Стэфан крутил эту мысль в голове и так и эдак, скрипел зубами. И всё равно не видел другого выхода. Он не имел права принять её жертву. Не имел права раз за разом смотреть, как она плачет от непонимания близких. И может её сестра права, может со временем их родители смирятся ради дочери. Но точно никогда не примут его. И это снова и снова будет причинять Мел страдания.

А значит его решение верное.

— Ты снова собираешься закрыться у себя в лаборатории? — спросила его жена. Как же он успел прикипеть душой даже к этому слову.

— Да, маленькая. А тебе советую поспать. Ты едва на ногах держишься. — он бережно, обнял её за талию, подталкивая к кровати.

— А ты? Ты со мной ляжешь? — она развернулась в его руках и требовательно уставилась в глаза.

— Нет. Мне нужно поработать. Твой ритуал почти готов.

— Стэфан. Я прожила без второй ипостаси двенадцать лет. Проживу и ещё одну лишнюю ночь. Я сейчас очень хочу, чтобы ты остался со мной.

Пожалуйста. — девушка привстала на носочки и потянулась к нему всем телом, обнимая руками за шею.

Его намерения пошли прахом. Разве может он отказать ей, после того, как она во всеуслышание заявила, что любит его, назвав своим мужчиной. Быть её, ощущать свою принадлежность и нужность, это пьянило похлеще того виски, что ему наливал сегодня его нежданный союзник. Стэфан подхватил хозяйку своего сердца под ягодицы и поднял так, чтобы ей было удобней его целовать, вручая всю власть в её нежные руки.

Впервые с тех пор, как их свело судьбой, Мелора почувствовала его полную перед ней капитуляцию.

Стэфан отдал ей весь контроль, отдал себя. И она упивалась этой властью, чувствуя, как реагирует его большое сильное тело на её прикосновения, как бугрятся под её пытливыми пальцами его мышцы, как тяжело и хрипло он дышит оттого что её зубы вонзаются в его подбородок, а язык тут же зализывает этот укус и ведёт влажную дорожку по запрокинутой шее.

— Я хочу тебя. — отрываясь от его горла, шепчут её губы.

— Я весь твой. — хрипит он.

— Опусти меня. — стоило прозвучать просьбе, как Стэфан, придерживая, позволил ей скользнуть вниз по его телу.

Почувствовав ногами пол, Мелора сразу же потянулась к его камзолу, чтобы расстегнуть и стащить с широких плеч. Дальше наступила очередь рубашки. После каждой пуговки она целовала открывающуюся её взгляду бледную кожу, с восторгом замечая, как вздрагивает и стонет её любимый. Когда же ее ладони легли на пряжку его ремня, и вскоре потянули расстегнутые брюки вниз, освобождая возбуждённую плоть, он не выдержал и попросил хрипло.

— Мелора, скажи, что любишь меня.