Финал

Вскоре об этом стало известно отцу, и с тех пор Телла своего питомца больше не видела. Она провела с ним слишком мало времени, чтобы успеть уяснить, как эти животные общаются, однако теперь не сомневалась: огромный черный пес Николя явно пытается им что-то сказать. Он громко лаял и мотал головой в сторону выхода, как будто хотел, чтобы они последовали за ним.

– Как вы думаете, он говорит нам, что Николя каким-то непостижимым образом еще жив? – спросила Скарлетт.

– Нет, – ответила Телла и подумала, что, возможно, жив кто-то другой – как Легендо.

В сопровождении Хулиана сестры направились к приоткрытым дверям сарая. День угасал. Хулиан взял Скарлетт за руку и крепко сжал, словно никогда не собирался отпускать. Телла надеялась, что так и будет. Теперь, когда Скарлетт вернулась, ей самой нужно отправиться на Исчезнувший Рынок и всеми правдами и неправдами выторговать секрет, благодаря которому узнает, как уничтожить Упавшую Звезду, прежде чем он приберет Скарлетт к рукам и превратит ее в Мойру.

Телле хотелось бы верить, что это в принципе невозможно. Но до недавнего времени она сочла бы невозможным и то, что настоящим отцом ее старшей сестры является легендарный бог Судьбы – или что сама Скарлетт теперь обладает способностью видеть чувства других людей. Не то чтобы это что-то меняло. Телла имела свои слова в виду: даже если бы у них не было ни капли общей крови, Скарлетт все равно была бы ее сестрой.

Ощущая на лице дуновение вечернего ветерка, Телла спешила за Тимбером, неуклюже ковыляющим куда-то за особняк. Она не чувствовала себя истерзанной, подобно собственным туфелькам. Однако сердце ее забилось чаще, когда Тимбер привел их к мощеной дорожке, настолько заросшей пурпурными кустами ежевики, что они с Хулианом не заметили ее, когда в прошлый раз осматривали поместье.

Пес остановился и снова принялся лаять, призывая троицу раздвинуть колючие ветви кустарника. Как только появился достаточно широкий проход, Тимбер устремился вперед.

Телла последовала за псом, сморщившись от вдруг сделавшегося едким воздуха, в котором отчетливо ощущались запахи крови, пота и смущения. Она вдруг испугалась, что вот-вот найдет здесь Легендо. Вонь была далеко не такой отвратительной, как в доме Николя, но Телла почувствовала нарастающий ужас, когда в поле зрения появился старый амфитеатр. Сначала она увидела ступени; камни, из которых они были сложены, казались почти голубыми в угасающем свете – оттенка холодных рук и проступающих под кожей вен. Их было не так уж много. Театр оказался небольшим, из тех, что предназначены для семейных спектаклей или легких развлечений. Но в вынужденном представлении, происходившем на сцене, не было ничего занимательного.