Фракция

Пламя постепенно разгорается всё сильнее, выгоняя парней Лейха с территории полигона.

Насупившийся Джинронг упрямо стоит рядом. Включил доспех духа и не уходит. Шаман хмурится, раздраженно повторяя.

— Мистер Голд, я спросил у вас трижды, что вы сейчас делаете?

— Тренируюсь. Чем вас не устроили два предыдущих ответа?

Языки пламени взметнулись на три метра ввысь, отражая настроения хозяина. Эрчим раздраженно расстегивает пуговицу рубашки на шее, словно тугой ворот мешает ему дышать. Движения его всё столь же резки и элегантны, как в первый день «нашей встречи». Пример поведения истинного благородного.

Сидящий в теле шамана Высший зло цедит слова, заставляя пламя вокруг разгораться еще сильнее.

— Вы меня разочаровали, мистер Голд. Я уже давал вам подсказку! «Почему у четырежды-мутантов есть личные имена?» Но вы, плебей, не выросший в кругах благородных, не умеете видеть намеков. Ответ на мой вопрос прост. Четырежды-мутанты олицетворяют некую грань проявления целой расы монстров. Легендарный супермутант энтов Древон, находясь на стадии Монарха, оплел своими корнями город А-класса, поглотив всех его жителей.

Воин рахни «Суперсон» заставил целую армию Мирового Правительства умереть во сне. Алхимист изменял свойства материи вокруг себя и был убит истощением с помощью Дворца Жизни Императора Дирака. Его не могли уничтожить обычными средствами, поэтому поместили в пространство, в котором нет вообще ничего. Любой публично известный четырежды-мутант — это угроза национального уровня, мистер Голд! Особенно если речь идет о крохотном мирке, в котором подобные супермутанты появились еще на стадиях подготовки к Битве за Будущее.

Мое чутьё вопит о том, что шаман еще не всё сказал.

— И что я вижу? Приемник Гилберта Бейтса не понимает, с чем ему предстоит бороться. Здесь и сейчас я покажу вам, как велика разница в силе между Пробужденным и супермутантом. Вперед, мистер Джон Голд!

Под пальцами шамана артефактная кожаная жилетка рвется словно бумага. Эрчим хватается рукой за рубаху, срывает ее с себя, бросая на песок полигона. Высший берётся за ремень на поясе и срывает его вместе со штанами, оставаясь голым посреди горящего поля.

— Не смейте меня недооценивать, мистер Голд! Здесь и сейчас я буду решать — жить вам или умереть.

Факел ауры вокруг тела шамана вспыхивает и вырастает до пяти метров в тот же миг, когда мой кулак встречается с лицом Высшего. Вспыхнувший доспех духа гаснет в момент касания, и атака достигает цели. Голой физической силы у меня сейчас столько, что я и Витязю голову открутить смог бы. Вспышка опасности слева, и я телепортом ухожу за спину шаману. Быстрый разворот, и нога на излете удара метит в голову Высшего. Но он ловит мою стопу в полете, продолжая стоять неподвижно.