Г.Р.О.М. 4

Ну, в 90-е подмазать кого надо и подделать справки вообще не проблема.

Выглядел адекватным, а по ночам продолжал своё дело, о котором никто не знал.

Мы долго не могли вычислить это место, потому что зверюга действовал редко, а после короткой серии убийств его жажда крови будто утихомиривалась, и он мог пропасть на год-два, пока снова не срывало крышу. У него даже была система, как избавляться от трупов, чтобы заводить следствие в тупик.

Но мы его вычислили где-то. Что ещё… обычно маньяки — трусы, когда понимают, что за совершённое их ждёт расплата, панически этого боятся и редко оказывают сопротивление. Многие же слышали историю, как Чикатило чуть не околел от страха, когда во время следственного эксперимента на месте преступления окрестные жители чуть его не линчевали.

А этот дрался до конца, с помощью ножа, острого, как скальпель, который всегда носил с собой. Помню, как он серьёзно ранил одного из оперов, пропоров ему живот, другого чуть не оставил без глаза.

И в дежурной части вырвался. Оказывается, дуболомы проглядели бритвочку у него во рту. С ней он схватил какого-то парня из посетителей, чтобы взять в заложники. Не вышло, но у пацана потом остался шрам на лице на всю жизнь…"

"Хоть прямо сейчас его бери, но есть проблема — если этот гад внутри, а он часто проводит время в своей «мастерской», то он нападёт сразу. Темно, много проходов, и он там ориентируется как рыба в воде. Потому что долго готовился к этому делу.

Ведь в психушке его не вылечили, и на допросе он говорил, что каждую ночь, пока был там, планировал своё дело…

Но сейчас это может мне пригодиться. На текущий момент у Зверюги одно убийство, может быть, два, просто второе тело ещё не нашли. Но остановить его надо уже сейчас.

И не просто остановить. Пусть ещё принесёт нам пользу.

— Ты же видел фотки того бомжа, — сказал я Седову. — А Глеб видел, что осталось от тела. Вот есть данные, что тот «резчик», тот, кто это сделал, живёт внутри, вернее — работает, — я поморщился, вспоминая допрос. — Считает себя чистильщиком. Общество чистит от недостойных.

— Брать надо, гада этого, — Седов скрипнул зубами. — Или… при попытке сопротивления.

— Надо. Но не прямо сейчас. С паршивой овцы хоть шерсти клок, и он ещё поработает.

Я полез под сиденье и достал оттуда свёрток. Матёрый опер с удивлением его взял. Внутри — пистолет ТТ и два окурка в пакете.

Эти сигареты курили Гантимуров и Филиппов на квартире проститутки. А ствол — тот самый, который мы достали для этого дела. Выпущенная из него пуля подложена в морг, так что этот ствол сейчас по документам тот, из которого убили Жеребцова.

Пусть оружие найдут у маньяка. Следствие быстро разберётся, что это за пушка.

— С тобой пойдут Валера и Костя, — сказал я.