Гарем на шагоходе. Том 3

Последний альбом «Ночные расхитители» бесил не только ненавистников тяжелой музыки, но и ее любителей. Не такой идиотской мешанины звуков ожидали от легендарной группы после пятилетнего перерыва.

Не знаю, к кому относился армированный травоядный зверь. К ненавистникам или к фанатам, но его вниманием я завладел. Трицератопс напоминал вулкан перед извержением. Он низко опустил голову, из ноздрей вырвался пар. Глаза налилась кровью, и он начал бить землю копытом.

Затем взревел и помчался на меня, вздымая пыль и вышибая клочки дерна.

От столь неожиданной перемены настроения, я чуть не потерял равновесие.

«Твою мать, твою мать, твою мать», — мысленно повторял я, наблюдая, как почти сотня тонн мышц и укрепленных костей становятся все ближе и ближе.

Обратной дороги нет, так что я максимально собрался.

Эта махина оказалась значительно крупнее, чем я ожидал. Ходули не смогли поднять меня на нужную высоту, чтобы спрыгнуть ему на спину.

Хорошо, что я прихватил прыжковый ранец.

Врубил его за мгновение до того, как мои ходули разлетелись в щепки. На реактивной тяге пронесся над мордой трицератопса — прямо между его рогов.

Мне доводилось показывать свою удаль на родео с быками, конями и всяческими монстрами — но только в вирте. И те игры не шли ни в какое сравнение с этим чудовищем.

Мое здоровое запястье пару раз чуть не вывихнулось, а пальцы механической конечности заклинило — чему я даже порадовался.

Но одновременно меня охватил восторг.

— Сейчас узнаем, кто тут главный! — выкрикнул я на кураже.

Когда трицератопс понял, что противник у него на спине, то немедленно взревел и поднялся на дыбы, пытаясь стряхнуть меня. Затем его огромные ноги-колонны ударили о землю так, что холмики вокруг поляны чуть не подпрыгнули.

А я продолжал держаться с такой улыбкой, будто это самое увлекательное родео в моей жизни.

Потому что так и есть!

Трицератопс пытался стряхнуть меня, мотая головой и вращаясь на месте.

— Ю-ху! — прокричал я.

— Твою мать, ты там веселишься⁈ — возмутился Змей у меня в ухе.

Другие трицератопсы с интересом наблюдали за происходящим. Такое безобразие они явно видели впервые. Поняв, что я не робкого десятка, вожак решил сменить тактику. И рванул на всех парах в джунгли. Маршрут он выбрал максимально неприятный — чтоб мне ветки в морду так и летели.

Зверь понесся вперед, сокрушая густые заросли. Лианы свистели в воздухе, ветви били по глазам. Меня подбрасывало на каждом шагу.

Сохранять равновесие становилось все сложнее, но сдаваться я не собирался.