Генерал-адмирал. Книги 1-4

Японский обстрел еще продолжался, как вдруг из-за спины спрятавшихся на дне траншей и окопов солдат рявкнули русские пушки.

— Ну вот, пошли, супостаты… — прошептал кто-то.

И Константин почувствовал, как у него мгновенно взмокла спина. Он несколько мгновений сидел, стараясь справиться с бешено забившимся сердцем, а затем, разозлившись на свою, как он посчитал, трусость, высунулся наружу.

— Куды?

Его рывком за шиворот сдернули вниз, на дно траншеи.

— Вы, вашбродь, — сурово сказал унтер Комов, произведший эту операцию, — под шрапнель-то не лезьте.

Константин облизнул пересохшие губы и торопливо кивнул.

Первая атака состоялась ближе к вечеру. Часов в пять. Сначала замолчала японская артиллерия, между тем как русская продолжала стрелять.

— А чего это японцы замолчали, а наши стреляют? — спросил молодой репортер у снова возникшего поблизости Баташова.

— Японцы замолчали, потому как, видать, скоро в атаку пойдут, — весело отозвался подпоручик. — Своих зацепить боятся. На такой-то дистанции разброс знаете какой?

— А наши?

— А у наших наблюдатели вон на той высотке сидят. Да и дистанция от наших орудий до реки куда короче, чем от японцев до наших позиций.

— Это тот наблюдатель, с флажками? — уточнил Константин, вглядевшись в указанном подпоручиком направлении.

— Нет, наблюдатель повыше, на самой верхушке. Не виден, потому как замаскировался. А с флажками — это сигнальщик. Наблюдателю сверху видно, как снаряды ложатся, вот он сигнальщику и орет, как прицел поправить надобно. А уж тот флажками всё на батарею передает. С нее сигнальщика в бинокль отлично видно… Эй, сюда, сюда! — вдруг заорал Баташов.

И Константин обернулся поглядеть, к кому это он обращается.

— В нашу роту пулеметные команды прислали, — сверкая белозубой улыбкой сообщил ему подпоручик. — Аж две. Эх теперь и ввалим япошкам!

Пулеметная команда, расположившаяся поблизости от корреспондента, обустроилась сноровисто и быстро. Двое из четверых приволокших пулемет стрелков, у которых за спиной было примотано веревкой по большой саперной лопате, начали споро вгрызаться в переднюю стенку траншеи, устраивая нечто вроде широкого окопа. Еще один принялся за сборку пулемета.