Генерал-адмирал. Книги 1-4

— Да, иду… — Я с трудом выбрался из объятий огромного удобного кресла, в котором так уютно пригрелся, и, шаркая, двинулся в гардеробную, где ждал лакей, помогавший мне одеваться. А что делать — старость.

На этот раз я надел фрак, тоже старый. Ну, не в том смысле, что потертый и поношенный — я и на-девал-то его всего раз десять, — просто он был пошит еще в 1918-м, аккурат к окончанию Версальской мирной конференции, на которой были подведены итоги Великой войны. Будет этакий символический посыл журналюгам. Мол, престарелый великий князь придает сегодняшнему событию не меньшее значение, чем Версальской конференции.

Они это любят…"

"Версальская мирная конференция открылась 1 июня 1917 года. И самым главным успехом, достигнутым нами при ее подготовке, я считал то, что в ее работе не приняли участие представители САСШ. Впрочем, это не было исключительно нашей заслугой. Во-первых, претензии американцев на участие в конференции не имели подтверждения, так сказать, кровью и порохом. В отличие от той истории, что здесь знал только я, у нас американцам не удалось вскочить в последний вагон уходящего поезда, поэтому ни один американский солдат не то что не погиб на этой войне, но даже не сделал на ней ни единого выстрела.

Хотя и в той истории их участие было не то, чтобы очень значимым[40]. Но все-таки оно было… Американские газеты, правда, попытались развернуть истерическую кампанию по поводу героизма американских моряков, которые где-то когда-то мужественно палили в воду, защищая английские и французские транспортные суда от немецких подводных лодок. Но эти потуги примазаться к победителям вызвали у европейцев лишь презрительную усмешку. Кроме того, американцам здорово подкузьмили прорыв английской блокады немецких портов и те три сотни американских судов, которые успели в них разгрузиться. Так что навстречу истерике в американских газетах поднялась волна в европейских — американцам припомнили всё: и эти триста судов, и поставки в Германию через шведские порты, и вытеснение британской и французской торговли в их собственных колониях, и ту же пресловутую доктрину Монро… При том, хотя тон русской прессы был по отношению к САСШ куда более сдержанным, наше совокупное участие в этой кампании, с учетом всего комплекса факторов, было едва ли не самым весомым. Ибо многие сведения и факты, которыми оперировали самые громогласные журналисты на обоих берегах Атлантики, были извлечены на свет божий и представлены широкой публике с помощью русских денег.

Мы начали подготовку к этому этапу войны (а я воспринимал мирную конференцию как заключительный, но едва ли не наиболее важный этап именно войны) еще в 1916 году, во время президентских выборов в САСШ, когда Вудро Вильсон выставил свою кандидатуру на второй срок.