Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

Вот послушайте…

И господин Серегин начал говорить с таким видом, будто сверялся с записями в какой-то невидимой книге, время от времени перелистывая ее страницы, и каждая такая запись была обвинением от лица высших сил, предъявленным всему японскому народу, из плотных толп которого и вышли все эти преступники. От леденящего голоса демона и вида зависшего над его головой яркого белого сияния у адмирала Ямамото мороз шел по коже, а душа прощалась со всеми былыми надеждами.

И демон подтвердил эти опасения.

— Ну вот как вас брать таких в вассалы? — сказал он, сверкнув огнем из глаз.

— А ведь я вас, Исороку-сан, предупреждал, когда все еще не началось. Очевидно все же, что черного кобеля не отмыть добела никакими предупреждениями и увещеваниями. И в тоже время мне жалко японскую нацию, и я не хочу, чтобы она захлебывалась в собственной крови.

— Жалость недостойна самурая, — возразил адмирал. — Наш долг перед императором тяжелей горы, а смерть легче перышка…

Сказал, и осекся: его гость преобразился в младшего архангела прямо на глазах, разом потеряв все человеческое в облике. Сияние над головой стало таким ярким, что на него невозможно было смотреть, а за спиной распахнулись белоснежные крылья.

— Ну и черт с вами, с самураями! — загрохотало откуда-то с небес. — Вы можете маршировать рядами и колоннами хоть под пулеметы, хоть в пекло ядерных ударов! И никто не прольет по вам ни одной слезинки. Но ведь вместе с вами будут гибнуть и те, кто не одержим вашим кровавым безумием, в первую очередь женщины и дети, которые есть будущее вашей нации. Если позволить решать дело янки, то так и будет, ибо те тоже отъявленные мерзавцы, только без вашего самурайского кодекса чести и отваги!

Немного успокоившись, демон вернул себе часть человеческого облика и продолжил уже почти обычным голосом:"

"— Запомните то, что я вам сейчас сказал, и постарайтесь выполнять хотя бы в грубом приближении.

В первую очередь, все виновные в нарушении воли вашего божественного Тэнно должны принести ему извинения по всей строгости ваших обычаев, и эти действия должны быть максимально широко освещены в вашей японской печати, чтобы об этом знали все. А кто таких извинений не принесет, должны быть повешены по приговору военного трибунала. Особо это касается господина Сиро Исии и его подельников. Если не знаете, кто это такой, наведите справки. Во-вторых, приступайте, наконец, к выводу ваших войск из Центрального и Южного Китая, потому что в самое ближайшее время я выпущу туда китайскую армию из семьдесят шестого года. Бойцы это так себе, но они вооружены с опережением как минимум на два десятка лет, очень многочисленны и «любят» вас той особенной любовью, что доводит до гроба.