Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

Я рассуждала: вот, если у Владимира Семеновича начнется спокойная размеренная и счастливая жизнь, вдруг исчезнет тот нерв, тот надрыв, который вызывал такой отклик в сердцах и делал его образ столь неповторимым, а творчество — уникальным? Но оказалось, что талант от обстоятельств не зависит. Нерв из его песен никуда не делся. Ведь он узнал так много за это время! О тех мирах, где творились чудовищные вещи, о космических существах, о иных цивилизациях. Да и сама жизнь в столь удивительном мире дает столько разнообразных тем! Высоцкого привлекала Аквилония как благословенный остров среди дикой природы, еще не покоренной человеком.

Образы отцов-основателей уже нашли отображение в его творчестве — он «показывал» мне эти песни. Он вообще постоянно находится в высоком творческом тонусе и строчит свои тексты буквально на ходу. Глаза его сияют, и он весь погружен в свое дело."

"Что касается концертов, то тут никто Владимиру Семеновичу не вставляет палки в колеса, как было В ПРОШЛОЙ ЖИЗНИ. Он уже несколько раз выступал на стадионах в родном мире, а также в полевых условиях перед солдатами в мирах сорок второго и пятьдесят третьего года.

В родном мире некоторые товарищи от культуры встали было насмерть против такой идеи, но Просто Леня, обычно такой добродушный, рявкнул на них тигриным рыком, отчего они все разом куда-то делись, умерли, наверное. Были у Высоцкого выступления и в Аквилонии, и в боковом мире Мизогинистов, в бывшем Царстве Света, где вместе с местными женщинами, затаив дыхание, его слушали солдаты и офицеры Велизария и Багратиона. Также он дал несколько концертов на «Неумолимом», где ему яростно хлопали неоримские лейтенантки и бойцы особого десантного корпуса генерала Бережного. И все это делает его абсолютно счастливым.

Счастливый Высоцкий — это сгусток искрящегося веселья и кипучей энергии. У него появилась куча друзей, и дружба эта проявляется не в буйных алкогольных посиделках, а в радостных встречах, когда в узком кругу звучит гитара, и с каждым можно побеседовать по душам, называя вещи своими именами, ничего не опасаясь, ни о чем не беспокоясь. Володя и не вспоминает об алкоголе, и лишь иногда в его песнях появляются ироничные упоминания о «зеленом змие», вызывающие восторг у тех, кто еще помнит подобные утехи.

Собственно, Высоцкий избавился от зависимости, и теперь, попади к нему в рот спиртное, это не стало бы началом запоя. Но у нас, в Тридесятом царстве, как и в Аквилонии, алкоголя нет. Совсем. Что примечательно — никто об этом не страдает, так как все при деле. У наших местных людей, что собрал вокруг себя Серегин, и у нового разноплеменного народа, населяющего долину реки Гаронна в мире Каменного века, просто не возникает побуждения создавать себе искусственное веселье.