Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

К тому же они, как и Громыко, поверили, что человек, похожий на «Дорогого Леонида Ильича», это он сам и есть. Семнадцать лет они прожили за его широкой спиной, и вот он снова с ними. Жить стало сразу лучше, жить стало веселее.

Уловив настрой зала, Брежнев продолжил:"

"— Последние полгода «Неумолимый» провел в нашем мире, плавая в Пуцком заливе, — продолжил Леонид Ильич, — а советская промышленность снабжала его расходными материалами для восстановительных процессов: титаном, алюминием, медью и легированными сталями. И расплатился с нами товарищ Серегин, можно сказать, по-царски: не только золотом и галактическими технологиями, но и тем, что с помощью своего линкора за сто секунд уничтожил весь американский ракетно-ядерный потенциал, включая подводные лодки и бомбардировщики, а также изрядно поизмывался над их флотом, перетопив всю их плавучую посуду, даже давно законсервированные линкоры у причалов.

А на Советский Союз и страны народной демократии не упало ни одной бомбы. Вот только американских городов и прочих селений товарищ Серегин разрушать не стал, ибо ему претят убийства гражданского населения, зато жирных котов, хозяев банков, заводов, газет, пароходов, задумавших внезапное вероломное нападение на нашу страну, он покарал недрогнувшей рукой…

Просто Леня, вот ведь жук, постепенно от диалога с Громыко перешел к выступлению перед аудиторией.

В зале грянули длительные бурные аплодисменты, переходящие в овацию. Как говаривал в таких случаях герой известной книги, «лед тронулся, господа присяжные заседатели». Просто Леня тоже уловил этот переломный момент, и резко взял быка за рога. Дождавшись, пока аплодисменты начнут стихать, он решительно произнес:

— Итак, товарищи, ставлю на голосование главный вопрос сегодняшнего дня.

Кто за то, чтобы Генеральным секретарем Центрального Комитета Коммунистической Партии Советского Союза избрать Григория Васильевича Романова, прошу поднять руки. Единогласно! Ваше слово, товарищ Романов.

Новоизбранный генеральный секретарь вышел к трибуне и замялся в растерянности, ибо все происходящее застало его врасплох. Никакой речи он не готовил, и после разгрома на ночном заседании Политбюро не ожидал от нынешнего пленума ничего хорошего.

Тогда Просто Леня, угадав причину заминки, взял со стола Горбачева сколотые скрепкой листы бумаги с уже заготовленной тронной речью и сунул их виновнику торжества. Мол, если не готовился — вот тебе шпаргалка. Григорий Романов перелистал бумаги, вздохнул и начал выборочно зачитывать отдельные осмысленные места, беспощадно сливая всю воду:"

"— Дорогие товарищи! Стратегическая линия, выработанная на XXVI съезде, была и остается неизменной.