Голод 2

Меня, Кэти и Саби, которая скоро пришла в себя, убежав тут же караулить возле операционной тихо плача и молясь, чтобы Люк выжил. Нас с Кэти Джейсон сторожил, словно цепной пес, расположившись в коридоре и, кажется, даже не моргая.

- Ешьте, спите и не действуйте мне на нервы, - бурчал он, складывая руки на груди и вытягивая свои длинные накаченные ножища вперед, стараясь устроиться поудобнее на мягком диване, когда женщина врач осмотрела нас с Кэти с ног до головы, зачем-то взяв кровь на анализы и оставив отдыхать наедине со своими мыслями.

- Не надо выглядывать каждые 10 секунд, Соня! Когда операция закончится, ты все узнаешь!

Глава 55.

Я лишь надулась, покосившись на нашу грозную, неразговорчивую охрану в виде гавайца без настроения.

- А к Кэти я могу зайти?

- Нет. Всем спать нахрен.

И ничего другого не оставалось, как вернуться в свою палату и снова начать вышагивать возле огромного во всю стену окна, не притронувшись к еде и не в силах уснуть.

За окнами в предрассветной дымке спал безмятежно город, и сейчас он казался мне таким далеким…"

"Словно я уже успела привыкнуть к темной комнате, где была как в утробе, постоянно чего-то опасаясь, но при этом находясь в безопасности, и эти яркие живые краски пробуждающегося мира стали мне чужими и такими непонятными.

Возможно, дело было в том, что я все еще не могла поверить, что я снова часть этого мира…и что этот мир не отвергнет меня, смешав с темнотой и грязью. Что этого не сделает Генри?

Ведь он верил мне? Верил в то, что ко мне никто не прикасался в том месте, полном пошлости?

Запахивая на себе разорванный местами кружевной халат в пол, я ежилась от едва показавшегося краюшка солнечного диска, ощущая себя продрогшей и потерянной, когда вышла на небольшой миленький балкончик этого персонального номера-палаты. Кто бы мог подумать, что какой-то месяц назад именно мы с Кэти и Рози занимались обустройством этой клиники, и в том числе этой палаты. Это все было словно в прошлой жизни…и кажется вовсе не с нами.

Я буквально подпрыгнула на месте от страха, когда почувствовала за своей спиной чье-то присутствие, резко обернувшись и застыв, потому что прямо передо мной стоял Генри, виновато улыбаясь:

- Прости, девочка, я не хотел испугать тебя…

- Это ты прости…я просто не слышала, как ты вошел…

И все-таки Генри был самым красивым и очаровательным мужчиной из всех, что мне только доводилось видеть за свою жизнь. В нем совершенно невероятным образом сочетались мужественность, сила и в то же время нежность, теплота и удивительная чуткость. Он стоял передо мной, словно ангел во плоти, очаровательно улыбаясь и выглядя таким милым и домашним со своими слегка отросшими волосами, которые теперь вились чудесными кудряшками, и этой щетиной на широких мужественных скулах.