6
0"
"- Я звонил тебе всё утро, ты спала? – снова повторил Джейсон, и в этот раз не пришлось врать, когда я снова устало выдохнула, пытаясь не морщиться от боли:
- Да…спала слишком крепко и совершенно не слышала телефон, прости…что-то случилось?
Было очевидно, что раз этот мало знакомый мужчина названивал мне все утро, пока я тут лежала в полной коме с капельницей в руке, то ему что-то было нужно, и очень срочно.
Вроде бы он просил нас с Кэти поработать на него.
Я снова поморщилась, стараясь даже дышать как можно тише и ровнее, чтобы ничего не трогало мою пульсирующую боль внизу живота и в бедрах.
Было жуткое ощущение, словно меня пытались вывернуть наизнанку…там….боль горела и обжигала меня с каждой секундой все сильнее и сильнее, по мере того, как память пробуждалась, когда Джейсон пробасил:
- Случилось! У твоего Генри большие проблемы, детка….
В тот момент мое сердце дрогнуло, и руки, держащие телефон, покрылись испариной, мелко задрожав.
Мой Генри…
Остатки воспоминаний, которые оставались в тени, выпали на меня, подобно тяжелому булыжнику, пригвоздив так, что перехватило дыхание.
Непроизвольно я положила свободную руку на низ живота, в котором пульсировала боль, словно пытаясь защититься…от него.
И того, как он разрывал меня каждым своим движением, заставляя умолять его остановиться, потому что было больно…
…так жутко и страшно, оттого, что савсем иначе я представляла наше с ним воссоединение….
Иногда ночами я не могла уснуть, думая о нем.
Я рисовала его, и придумывала сама себе истории, как в одну прекрасную ночь мы сблизимся настолько, что я стану его.
Я вырисовывая его синие глаза, в которых плескался бескрайний синий океан, когда он казался мне таким нежным и осторожным. Все его прикосновения были такими трепетными, словно он боялся прикасаться ко мне…до этой ночи.
Я не понимала, что произошло, помня лишь то, что Генри набросился на меня, подобно зверю…и если сначала я пыталась отбиваться, делая это с некоторой долей кокетства, сходя с ума от его горячих поцелуев и того, что он шептал мне, прижимаясь своим великолепным мускулистым телом, то потом я пыталась отбиться, используя всю свои силу, уже ни сколько не играя.
….но кажется Генри этого даже не чувствовал.
Откинув с себя одеяло, я смотрела на свои ноги, ощупывая свой живот и понимая, что он явно перебинтован.
Неужели я в больнице из-за прошлой ночи?!
Было страшно сделать даже лишнее движение, когда я осторожно легла на подушку снова, холодея от ужаса и бессвязных мыслей, которые ломились в мою пылающую голову разом.
Крик Генри такой отчаянный и сломленный, словно вой раненого зверя.
Мужские крики и звуки борьбы ещё там, в туалете.
Ник в операционной маске.
И второй врач, который считал до тех пор, пока я не отключилась.
