《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

У того сбилось дыхание, и он принялся жадно и хрипло хватать воздух ртом.

- Я во всём сознался! – надрывно выкрикнул узник.

- Ну, значит, на том свете зачтётся тебе. – с усмешкою ответил Алексей, снимая со своего пояса скрученную бечёвку.

Затем поглядел на узника, точно силясь припомнить что-то.

- Погодь, погодь… - забормотал опричник, наклонившись вновь к нему. – Я ж предлагал тебе искупить свою вину?

Узник насилу поднял голову. Его обезумевший от пыток взгляд метался с лица Алексея на верёвку, коию Басман держал в руках.

- Помнится, - молвил Алексей, прогуливаясь по камере, - с Федькою – помнишь его? Славный малый, весь в меня… Так вот, малой ещё совсем был, и ездили мы как-то с ним в Новгород Великий.

Димитрий тяжело дышал, силясь понять, куда клонит Басман. Опричник же меж тем продолжил.

- Так вот же, к чему я. – точно прознав его помыслы, молвил Алексей. – Вот думаю, не махнуть ли вновь? На то уж и государь дозволение дал. Ты ж знаешь город, и друзей своих повидаешь.

С этими словами Алексей достал из-за пазухи конверт со сломанной печатью.

- Ежели тебя глаза твои подводят, - молвил Басман, - письмо от князя Луговского. Всё зовёт тебя, Дима. Нынче Бог послал тебе, друг мой, спасение. Выманишь нам Луговского да приятелей его тамошних, и простит тебя государь милостивый за все преступные сношения твои.

Узник хранил молчание. Алексей усмехнулся, убирая письмо за пазуху, да принявшись разматывать верёвку.

- Ежели так, быть по-твоему. – с печалью вздохнул Басман. – И право, Дим, не думал я, что тебя и впрямь не сломить.

Когда Басманов намотал верёвку на свои кулаки, Димитрия вновь охватила дрожь.

Юноша принялся отчаянно биться ногами и хрипло кричать, но голосу не было никакого. Басман сдавил его горло крепче – раздался отвратительный хруст, и всё тело в мгновение обмякло.

Узник задыхался от ужаса, видя, как вытаращились глаза юноши. Лицо инока навеки застыло в ужасе. Тело наполовину утопало в зловонной воде, что поднялась после дождя.

Димитрий стиснул губы, силясь унять лихорадочную дрожь.

- А ты помнишь, - Басманов наклонился к Димитрию и поднял лицо его на себя, грубо задрав за волосы, - как въехала братия в твой двор? Ты-то удрал, ерпыль ты проклятый… А знаешь, что с девками твоими сталось?

- Убий же меня. – отчаянно взмолился узник.

Алексей аж заулыбался, похлопав Димитрия по лицу.

- Не заслужил ты такого милосердия. – молвил Басманов. – Девок твоих стрельцы под стеною расстреляли. Кроме меньшой.

Узник поднял глаза на Алексея.

- Врёшь… - хрипло молвил Димитрий.

Басманов пожал плечами.