《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- А на кой ты тогда со нами тут возишься? – спросил Басманов, едва-едва тянув слова.

Луговский на мгновение замер, и губы его медленно разошлись в улыбке. Он добродушно усмехнулся, и то ли потрепал Фёдора по голове, толи отвесил подзатыльник – опричник того так и не понял, да всяко посторонился, поведя головой в сторону.

- От же ты славный, ну право ж, славный! Вот ничего не могу с собой поделать, Феденька – ну люб ты мне, не могу, - вздохнул Луговский, всплеснув руками, да подымаясь со скамьи - Пущай и просил ты за двоих, мол, два человека едут. Плевать, кто мне указ? Возьму троих.

Фёдор облегчённо вздохнул, и светлая улыбка озарила его лик. Юноша ударил себя в грудь и мотнул головой.

- Спасибо, княже! Щедрость и радушие твоё льстит мне, - молвил Басманов, и прежде чем юноша окончил свою речь, Луговский его перебил резким вздохом.

- Будь ты умнее, ненаглядный мой, стоял бы уж на коленях предо мной, и молил бы, чтобы я взял тебя на службу, - сокрушённо протянул Михаил, - Но, чай, не впервой видимся, и знаю я, что ты мальчонка с придурью.

Фёдор чуть свёл брови, видя разительную перемену в облике князя.

- Тогда катитесь к чёрту, - бросил Михаил, - этот немец, поди, что учудит ещё в дороге. Будь ты подле него - ещё сносно.

- Я ручаюсь за него, - клятвенно молвил Фёдор, - Сам же говорил - слову - вера.

Михаил слабо ухмыльнулся и пожал плечами.

- Не припомню такого, - Луговский вплеснул руками.

Фёдор вздохнул, и неволею сжал кулаки.

- Княже, прошу – отвези Штадена с женой за границу, - молвил юноша.

- А мне что с того будет? – вопрошал Луговский, скрестив руки на груди.

- Чего ж душа твоя желает? – спросил Басманов.

Михаил окинул Фёдора взглядом с ног до головы и лукаво усмехнулся, пожав плечами."

"- А что ты дать-то можешь? – бросил князь.

- Сам говоришь, - молвил Фёдор, - твоих богатых дружков мы порезали. Авось, хочешь с новыми сдружиться?

Михаил закатил глаза и брезгливо отмахнулся.

- Видать, переоценил светлую головушку твою, - разочарованно молвил Луговский, прохаживаясь обратно ко ступеням подле алтаря.

Фёдор поджал губы, наблюдая за каждым шагом князя.

- Кстати, - молвил Михаил, садясь на ступени, да откинувшись чуть назад, - до чего же славно, что владыка тебя ни в чём таком постыдном не заподозрил, когда ты воротился от меня живым-здоровым.

- Здоровым? – усмехнувшись, переспросил Фёдор.

Михаил сладко улыбнулся, да пожал плечами.

- А что? Руки-ноги на месте – даже пальцы не поломаны, - молвил Луговский, - Пара царапин, так что ж? Попустись, Федюш, попустись. Я чёрта с два кого живым отпускаю, и царю нрав мой ведом. От многое отдал бы, чтобы поглядеть, как за нашу нынешнюю встречу ты перед царём объясняться будешь, ежели прознают о наших с тобою сношеньях.