Голодное сердце

Анита облегченно усмехнулась и опустилась рядом с ним на колени:

– Ты правда считаешь меня красивой?

Он, не мигая, смотрел на нее своими черешневыми глазами:

– Ты разве не слышала, что я сказал? Я смертельно опасен для тебя и считаю, что ты прекраснее самой Аттойи, не в обиду будет сказано твоим красивым спутницам. Ты не только прекрасна, но еще и обладаешь самым изысканным вкусом, который не сравнится ни с чем. К сожалению, я вряд ли смогу попробовать тебя, маленькая, так что не надо меня мучить дополнительно.

Анита уже открыла рот, чтобы ответить ему, как в проулок на всех парах выскочил Рантаир, на полкорпуса опередив Дара и телохранителей. Рантаир, по дороге оценив ситуацию, подскочил к Еве, вцепился в нее, словно утопающий в спасательный круг, и, прижав к себе, покрыл жадными поцелуями ее лицо. Ева почувствовала, как его трясет, и, потянувшись, обняла за шею и повисла на мужчине, зацепившись ногами за талию. Отвечая на его поцелуи, тихо прошептала:

– Все хорошо, любимый, я рядом. Со мной все хорошо, родной мой, единственный. Я не пострадала.

Оглянувшись, она заметила похожую картину, только с участием рыдающей на руках у Дара Ярины. Он прижимал ее к себе и укачивал, словно ребенка, касаясь щекой и губами ее виска. Их прервала Анита, громко обратившаяся к прибывшим:

– Так, радоваться и миловаться потом будем, а то сейчас мой шанс на счастливое семейное будущее кровью истечет. Ис Дар, у вас нет с собой того волшебного приборчика, которым вы Сабрине все время ранки заживляете? А то нашего героя в грудь ранили."

"Она отвернулась от всех, игнорируя пристальное внимание Рантаира и Дара, и наклонилась к истекающему кровью мужчине, который во все глаза наблюдал за ними, явно не веря этим самым глазам. Судя по всему, он давно не был дома и последние новости не слышал. Незнакомец зачарованно следил за Анитой, которая расстегнула его куртку, чтобы осмотреть рану. А когда та, увидев отверстие раны, судорожно схватилась за его ладонь, пытаясь взять себя в руки и не упасть в обморок, Ева решила, что бедолага сам на грани потери сознания, как Рантаир в первые моменты их близости, когда боялся, что причиняет боль.

Анита прижала руку незнакомца к своей груди и с тревогой спросила:

– Больно, наверное? – Обернувшись к остальным, проорала с нотками паники в голосе: – Ну, где вы там, ему же больно, и кровь вон не останавливается. Давайте скорее унесем его домой в медитек. Быстренько сделайте из плащей носилки! Только ускорьтесь, пожалуйста!

Телохранители, повинуясь безмолвному приказу-кивку Рантаира, быстро организовав носилки из плащей, осторожно подошли к раненому и с помощью второго наследника быстро переложили его. Анита, ни на секунду не отпуская руки незнакомца, встала рядом. Вся процессия двинулась из тупика.