Голубые ангелы

На палубе появился второй человек, пониже ростом, но тоже в куртке, коренастый, с большой седой бородой, и, взявшись за конец веревки вдвоем с черноволосым, они быстро вытащили Мигеля из воды.

— Мне полагается специальная надбавка за вредность, — пробормотал Гонсалес, едва ступив на борт.

— Внизу, внизу получишь свою надбавку, — мрачно пообещал черноволосый.

Второй член экипажа, не произнеся ни слова, пошел укладывать канат. Гонсалес и его суровый оппонент спустились в каюту. Здесь было тепло и сухо.

— Да, я совсем забыл, — обратился к своему спутнику Мигель, — синьор будет платить надбавку деньгами или натурой?

Тот расхохотался.

— Ну ты наглец. Люблю отчаянных. Луиджи Минелли, — протянул он руку, — второй помощник регионального инспектора.

— Мигель Гонсалес, первый помощник регионального инспектора, — протянул мокрую руку Мигель, усмехаясь про себя: «Он такой же Луиджи, как я Мигель».

— Ты что, действительно не умеешь плавать?"

"— Умею, но очень плохо.

— Ну тогда считай, что тебе повезло. Я плаваю как рыба.

— Поэтому я и полез в воду. Я надеялся, что хоть ты меня вытащишь, — зябко передернул плечами Гонсалес.

— Ты же озяб, переоденься. — Луиджи протянул ему сухую одежду.

— Вот это мне больше нравится, чем петля вашего каната. — Мигель с благодарностью принял дар.

Послышались чьи-то шаги. Вошел третий спутник Луиджи и Мигеля.

— Ветер усиливается, — обратился он к Луиджи.

— Не мне, теперь командир вот он. — Минелли показал рукой в сторону переодевавшегося Гонсалеса. Вошедший сделал шаг вперед.

— Марк Гоффман, — представился он, по-военному щелкнув каблуками.

— Очень приятно — Мигель Гонсалес. Черт побери, эта рубашка, кажется, мне немного мала.

— Ветер усиливается, — повторил Марк.

— Вы знаете, куда мы идем?

— Да, мы получили вчера шифровку. Снять вас с мыса Санта-Мария-де-Леути и следовать в Дубровник.

— Отлично. Вот и выполняйте приказ в точности. Снять вы меня сняли, теперь следуйте в Дубровник. Ну, а ветер? Постарайтесь что-нибудь придумать, чтобы не так сильно качало, а то завтра я не смогу встать на ноги.

— Нам придется несколько сойти с курса, герр Гонсалес.

— Делайте как считаете нужным.

Марк снова щелкнул каблуками и вышел.

— Вот человек! — Луиджи проводил его восхищенными глазами. — Два дня с ним на борту, а он еще ни разу не произнес больше двух предложений.

— Будем считать, что и тебе повезло. Я постараюсь говорить за двоих.

— Я это уже понял, — осклабился Луиджи.

— Кстати, ты ведь Луиджи Минелли, значит, ты обязан отлично говорить на итальянском, это ведь теперь твой родной язык.