Голый край (СИ)

— Мудрая Офа, позвольте мне с ученицей сойти на берег первыми, — сказал он, глядя куда-то вдаль, и после своих слов прикусил губу."

"Офа молча кивнула в ответ.

— И… Подождите, пожалуйста. Не выводите людей из драккара. Дайте мне время, — добавил он.

На это Офа сперва хотела было возразить и даже оглянулась на стариков, сбившихся в кучку. Они больше всех устали от этого плавания, хоть и длилось оно недолго.

— Я постараюсь, но люди устали от моря и качки, — в конце концов произнесла она.

Хьялдур кивнул в знак благодарности и уже нормально взял меня за руку.

Напоследок я обернулась на своих пиявок и жестом приказала им ждать в корабле. Если Хьялдур уводит одну меня, значит, дело важное и не терпящее посторонних глаз. Во всяком случае пока что.

И с этими мыслями я вслед за Хьялдуром, держась за его протянутую руку, спрыгнула с драккара прямо в воду. Ледяная вода раздражала бы меня раньше, но после многих часов в, по сути, одной позе она приятно освежала ноги и заставляла взбодриться.

Я снова оглянулась по сторонам. Рельеф этого берега был довольно сложным — по сути, нас окружали отвесные скалы, около пятидесяти лагов в высоту, а единственный проход наверх был впереди нас.

Берег довольно быстро заканчивался, и песок сменялся почвой, покрытой ковром из желтоватого мха сфагнума, приятно проминающегося под ногами словно мягкое, пушистое одеяло. И с этого же места начинался довольно крутой каменистый склон, на котором кроме мха росли скрюченные хвойные деревья. Надо полагать, что их широкая корневая система в какой-то мере удерживает почву в этом месте, не давая этому склону полностью осыпаться, и это уже приводит меня к выводу о том, что эти деревья срубать нельзя — нас банально засыплет первым же оползнем, которого и ждать долго не придется.

Но больше меня волновало кое-что другое. Когда мы с друидом стали подниматься по крутому склону, я заметила слабый, но довольно неприятный запах. Запах гнили и разложения. И чем выше мы поднимались, тем отчетливее становился запах и тем плотнее сгущался туман, обнимающий стволы вековых деревьев.

Когда мы почти поднялись на вершину, мне уже пришлось зажать нос — запах разложения в этом месте был попросту невыносимым.

Хьялдур пока держался, хоть и было видно, что ему здесь явно ничуть не лучше, чем мне. И когда мы наконец поднялись на самый верх этого склона, то я, наконец, поняла, что имел в виду друид, умоляя меня не селиться здесь.

Солнце было в зените и светило нам прямо в спины. И отблески его слепили меня, отражаясь от мутной поверхности гигантских размеров болота, раскинувшегося на добрые пару сотен гектаров. По сути, это была одна большая заболоченная равнина, окруженная со всех сторон скалистыми холмами.