Голый край (СИ)

Нужно было что-то срочно предпринять и я, не найдя лучшего решения, схватила ее за хвост и с размаху шлепнула об землю. Рыба перестала дергаться.

— Фух… — вздохнула я и упала на голубоватую травку. — Теперь… Следующий шаг.

Хьялдур протяжно взвыл.

С мертвой рыбой на руках мы отправились обратно к хижине. Меня обрадовало то, что этот старый идиот умел хотя бы правильно обрабатывать рыбу — Хьялдур ловкими движениями кремневого ножа выпустил рыбе внутренности и счистил чешую. Все, что осталось, мы разрезали на две части вдоль тельца, а отрубленная голова отправилась в ближайшее окно вместе с внутренностями.

К сожалению, в прошлой жизни я не увлекалась технологиями обработки пищи. Говоря честно, у меня и макароны получались разваренные. Однако даже я понимала, что, чтобы высушить рыбу, нам нужно не только солнце (под которым она может сгнить), но и достаточное количество ветра, чтобы влага быстрее испарялась. Хьялдур обвязал хвост рыбы короткой тонкой веревочкой, и, прихватив палку длиной примерно в лаг, мы отправились туда, где, как я помню, ветра было предостаточно — на утес близ берега моря.

Мы воткнули шест в сырую землю и привязали рыбу так, чтобы она не раскачивалась от ветра, но и ни к чему не прижималась.

Теплый, приятный ветер гулял в волосах, и создавалось впечатление, будто бы сами духи желают, чтобы у меня все получилось. С собой мы прихватили еще немного различных продуктов — мелких яблок, порезанных на дольки, дикий зеленый лук и еще один неизвестный мне фрукт, напоминающий что-то среднее между огурцом и зеленым яблоком. На вкус это вытянутое чудо было дико кислым, но вполне съедобным.

Разложив все это на открытом солнце, мы, удовлетворенные проделанной работой, ушли пить чай.

***— Но почему..?

Я присела у разложенных на ткани, прижатой камнями, сгнивших фруктов. Вернее, до конца-то они не сгнили, но съедобными выглядеть стремительно переставали.

То же самое случилось и с рыбой. Смрад от гниющей речной тварюги стоял невыносимый, гораздо сильнее, чем должен быть по логике вещей.

— Майя, я же говорил… — успокаивающе тихо сказал Хьялдур и, присев рядом, приобнял меня огромной лапой.

— Но почему? Они же должны были высохнуть!

— Майя… Дмитрий. Я знаю что ты пыталась сделать. В молодости я много путешествовал и видел, как люди из северных земель высушивают мясо на холоде.

Но я же говорил тебе что здесь, на побережье, летом дуют южные ветра. Они приносят с собой не только лето, но и влагу и гниение.

Приятный теплый ветер гулял в волосах. Яркое летнее солнце светило где-то высоко в небе.

Я не заметила этого сразу, пусть это и было очевидно. Почему эти люди не пытались высушивать еду на зиму? Почему не пытались сохранить летние дары природы на зиму? Воздух влажный, теплый и мягкий, не в пример зиме.