Гордая птичка Воробышек

Бои начнутся с приходом ночи, а мы, к сожалению, до сих пор так и не выяснили место проведения турнира...

У меня покалывает щеки и грудь, подводит живот, ноги совсем непослушны, но в доме неожиданно людно, и Босс, притянув меня к себе за плечи, с отеческой заботой просит держаться ради Ильи и мамы.

- Пожалуйста, девочка. Если с тобой что-то случится, я никогда себе не прощу, что привез тебя сюда. Но ты - моя последняя надежда!

Мне почти все равно, что он может оказаться неправ в своих ожиданиях относительно чувств своего сына ко мне. Главное сейчас - найти Илью, и я заставляю себя улыбнуться мужчине, возвращая ему и себе уверенность.

- Все хорошо, Роман Сергеевич. Не беспокойтесь, конечно, мы с мамой подождем вас."

"У Байгали красавица жена и не менее красивая дочь. Они встречают нас довольно прохладно, как встречают незнакомых, невзначай навязанных для общения людей. Беседу за столом в отсутствие хозяина и его главного гостя поддерживают трое из присутствующих женщин - то ли сестры, а то ли тетушки Матвея, - к счастью, не требуя от нас особого внимания, не вовлекая в разговор, позволяя нам с мамой молча цедить горячий чай с молоком и довольствоваться, несмотря на полный угощений стол, лишь кусками сыра и вкусной лепешки.

Разговор ведется вокруг Анаргуль - дочери Матвея, - ее успехов в учебе, красоты, нарядов и прочих атрибутов юной любимицы. Женщины без устали восхваляют девчонку, сулят ей выгодное замужество, упоминают о тайной симпатии, а она не спускает с меня цепких глаз. Когда я, в очередной раз поймав на себе чуть раскосый высокомерный взгляд, не без раздражения поправляю очки, она, взметнув косами, привстав над столом и под громкий тетушкин ""Ох!"" поймав крепкой рукой мое запястье, требовательно говорит, показывая взглядом на тонкий золотой браслет.

- Откуда это у тебя?

И я, сама того не ожидая, отвечаю вдруг холодно и почти зло:

- Руку убери. Не то откушу.

Эта девочка - Анаргуль - обласкана вниманием, с ней нельзя говорить подобным тоном и она совершенно по-детски теряется, повернувшись к матери.

- Мама! - громко восклицает и разом сникает. А я встаю из-за стола, больше не в силах выносить эту компанию незнакомых мне людей и слушать неинтересный разговор, наверняка переступая черту допустимого приличия.

- Гуля, сядь!

- Спасибо за чудесный ужин! Извините нас, Зарина, но мы с дочерью, пожалуй, выйдем подышать свежим воздухом. Это все перелет виноват, смена климата и перепады давления! - моя мама тоже знает, когда вмешаться, и я с облегчением и благодарностью ловлю ее руку. Не глядя на поджавшую губы Анаргуль, плюхнувшуюся под материнский окрик на стул, в свою очередь, благодарю хозяйку:

- Спасибо вам за гостеприимство, и правда, все было очень вкусно.