Гордая птичка Воробышек

Пока пройдут бои новичков, пока примут первые ставки, должны успеть.

- Что наша охрана?

- Прикроет тыл. Ничего не поделаешь, придется действовать чужими руками, иначе потеряем время.

- Так доверяешь?

Матвей застывает на месте, хищно кусает губы и вдруг коротко щурит на Босса черные глаза, цепляясь пальцами, как крючьями за жесткую бороду:

- Вот и проверим верность отары пастуху. Если что - загрызу паршивых шакалов! А теперь в дорогу!

За домом Байгали разбитый на аллеи и парадные зоны сад, с беседками и фонтанами, за садом - небольшая вертолетная площадка. Когда мы с мамой и мужчинами выходим на нее, пилот, сидящий за штурвалом стальной машины, уже привел вертолет в рабочий режим, и теперь машет нам и хозяину из кабины рукой в приветственном жесте.

- Женя, как ты себя чувствуешь? - с опаской спрашивает Большой Босс, глядя, как решительно я семеню за ним. Его брови хмурятся, он останавливается и берет меня за плечи. - Не много ли для тебя на сегодня полетов, девочка?.. - Спрашивает с тревогой в голосе, склонив ко мне голову. - Мне важно было, чтобы сын узнал, что ты рядом, но, думаю, будет ошибкой взять тебя с собой. Кто знает, чем обернется наша встреча с местными баями, да и Матвей подтвердит Илье, что ты прилетела. Оставайся-ка ты здесь.

Очень убедительно и по-отечески. Я верю, что Большой Босс сейчас искренен, как никогда, только вот я не намерена уступать ему, пусть не надеется. Я выдавливаю из себя подобие улыбки и даже вполне уверенно задираю подбородок.

- Я чувствую себя отлично, Роман Сергеевич, во всяком случае физически. Не беспокойтесь на мой счет. Раз уж я здесь, я полечу с вами дальше. Я и так слишком долгое время была в стороне, хватит.

- Валюша! - Босс поворачивается к маме, лицо которой от переживаний за сегодняшний день растеряло все краски и отдает сейчас бледностью. - Извини дурака за дочь! Клянусь, с головы Жени не упадет и волосинки! А вот тебе, думаю, лучше остаться в доме Матвея. Хоть отдохнешь по-человечески, все же сегодня я вел себя с тобой совершенно по-свински!

Я знаю, когда с мамой спорить бесполезно, а потому молчу - Роману Сергеевичу придется самому узнать характер понравившейся ему женщины. Лопасти вертолета усиливают вращение, и мама придерживает у виска взметнувшиеся под порывом ветра длинные пряди волос.

- Шутишь? - хмуро смотрит на Градова фирменным серым взглядом ""А ну быстро признавайтесь, шалопаи, что еще натворили в школе?"", давая понять, насколько несвоевременно сейчас его предложение увести меня с ее родительских глаз. - Давай, Рома, я сама буду решать, что и как для меня лучше! - только и говорит, упрямо направляясь к Байгали, ожидающему нас у ступенек в кабину вертолета.