Горячая линия

Та самая, которая и юрист, и делопроизводитель на половину ставки.

— Что случилось?

— Вяземского нашего сынок хочет признать недееспособным! Я вот только узнала.

— Неужели хочет генеральскую дачу к рукам прибрать? Вот козлина!

— Да тише ты! — Лилька осмотрелась, хотя в коморке, кроме них, никого не было, — и думаю, тут дело не в даче.

— А в чем?

— В его матримониальных планах. Ну, что смотришь? Разве ты не слышала, что после нашей вечеринки Вяземский сделал предложение Даночке?

— Да ты что?! Вот это мужчина! Я понимаю. Одно не ясно. Откуда его сынок так быстро об этом узнал?

— А ты не догадываешься?

— Ритка? Вот сучка!

— Да тише ты, Надь! — возмутилась Варя. — Я уже давно подозреваю, что она за всеми нами — и за постояльцами, и за персоналом шпионит. А потом докладывает родне, что да как.

— Не иначе те ей за это денежку подкидывают. Вот откуда у нее новые сапожки и сумка, да еще за такие деньги? Уж точно не на нашу зарплату.

— Этого я не знаю. Может, у нее любовник богатый есть. Мы не можем ее обвинять, не имея на руках доказательств, — нахмурилась Лиля. Как и всякий юрист, мыслила она довольно хладнокровно. И вещи говорила толковые. Да только Наде хотелось крови. И немедленной расправы.

— Надо на нее Серафиме пожаловаться. До сих пор не пойму, какого черта она не погонит эту гадину в шею.

— Потому что у Серафимы против нее ничего нет. И у нас, кстати, тоже.

— И что же ты нам предлагаешь? Сидеть сложа руки? Смотреть, как генерала лишают права на счастье?

— Постой, Надь, не тараторь, — вмешалась Варя. — Суд ведь еще не назначен, правильно? И даже если решение будет не в пользу Вяземского, у него еще есть какое-то время, чтобы осуществить свои планы, так?

— Теоретически.

— Тогда все просто. Нужно поженить их немедленно! Я договорюсь с Серафимой, чтобы им выделили отдельную комнату.

— Идея, конечно, отличная. Да только ты видела, какая очередь в ЗАГСе? Они помрут скорей, чем их распишут, — вздохнула Лиля.

— Но как же… Разве законом не предусмотрено каких-нибудь исключений?

— Давайте попросим Соболя выдать Даночке справку!

Соболь — это их домопрестареловский врач. Справку он, конечно, мог выдать запросто. Да только какую?

— Справку о чем?

— Ну, что Даночка, скажем, беременна! Я точно знаю, что беременных женят вне очереди.

— Даночке семьдесят пять. Какой дурак поверит этой филькиной грамоте? Еще не хватало, чтобы Соболя за подлог осудили. И вообще он терапевт, а не гинеколог.

— Тогда пусть он выдаст справку, что им недолго осталось! Если скорые роды — повод, то чем хуже смерть?

— Ах вот вы где. А я вас ищу, — в коморку заглянула Серафима Георгиевна. Окинула их компанию пристальным взглядом из-под стильных очков в металлической оправе.