Горький инжир

Моя прелесть беспрекословно оторвалась от стены, подошла к шахматному столику и достала из потайного ящичка пистолет.

– Ты на него направь, на него…

И опять прекрасная незнакомка выполнила команду монстра.

– Присядем, – молвил калека и сделал приглашающий жест в сторону кресел.

Я пожал плечами и уселся в одно из них. Юрий Юрьевич взгромоздился на другое.

Ядвига отошла к окну. Ее точеная фигурка была напряжена. Губы плотно сжаты. Однако пистолет в ее руках направлен точно на меня.

– А вы человек авантюрный, – молвил хозяин. – Ехать неизвестно с кем, в ночь, неизвестно куда…

Он укоризненно покачал своей огромной головой и противно захихикал.

– Ну, а раз уж вы сюда прибыли – придется вам… Тем паче вы, кажется, человек азартный… Играть любите? – Он строго вперился в меня своими жесткими глазами.

Я пожал плечами.

– Ну, любите – не любите, а придется. – Он опять захихикал. – Мы-то вот с Ядечкой играть о-очень любим… Это, знаете ли, не дает соскучиться – здесь, в этом доме… Дом большой, на горе… Море шумит… ветер воет… тоскливо… Верно я говорю?

Я промолчал.

– А игра у нас будет простая. Ты, Пашуня, человек, видно, интеллигентный. В шахматы играть умеешь… Так почему бы нам не сгонять партию?.. А?.. Скоротать вечерок?

Я пожал плечами:

– А почему не в дурака?

– Слишком случайная игра.

– В преферанс?

– Вдвоем неинтересно. А Ядька не умеет. Так что пусть будут шахматы.

– Воля ваша. Я к вам не напрашивался.

– Ты на Ядьку напрашивался. – Калека ухмыльнулся. – Вот и сыграем на Ядьку. Если выиграешь – получишь ее…

– А если ты выиграешь – ты ее получишь?

– Ха. Ха. Ха, – деревянно рассмеялся хозяин. – Ценю твой юмор. Но она и так моя. Поэтому, если я выиграю, я получу твою жизнь. Как тебе такие условия? Любовь или смерть – хорошие ставки… будоражат…

– А если я откажусь?

– Ну, – засмеялся он, – знаешь такое правило: отказавшемуся от игры засчитывается поражение… Яденька нам сейчас кофейку сварганит… Смотри, какая лапуля – хороший приз, а?

* * *Рассказчик закурил.

– Ну, а что было дальше? – нетерпеливо спросил я.

– А я все думал, – усмехнулся Павел, – зачем это полковник Ходасевич включил в нашу опербригаду одних шахматистов… А я, учти, чемпион управления, кандидат в мастера…

– Ну, а если бы он оказался мастером?

Павел хитро улыбнулся и не ответил.

Тут из кухни вышла молодая Пашина жена, поставила перед нами чашки с кофе. Я заметил, сколь ласково она на секунду прикоснулась к его плечу.

И каким страстным взглядом проводил он ее точеную фигурку – стройную, как шахматный конек.

Смерть в запертой комнате

– Когда раздался выстрел, где вы находились? – Полковник сложил ручки на животе и вперил в меня испытующий взор.

– Внизу, в гостиной.

– Все вместе?

– Да.

– Сколько вас было?

– Четверо.