Госпожа управляющая

Согласись, хороших девочек ни за что ни про что не проклинают, память и «Я» им не стирают и голышом в другие миры не закидывают. Логично?

– Логично, – медленно кивнула она, шагая в ногу.

– Ну и всё. Была ты… Гм… – Я скосила глаза, прикинула и озвучила: – Была ты стерва блондинистая, магически одарённая знатная зараза. Поди, отказала какому-то хрычу богатому, титулованному, сильному магу. И небось не просто отказала, а ещё и напакостила. А судя по слишком красивой внешности, тебя никто из женщин не любил. Друзей и подруг у тебя нет и никогда не было. Одни только родители кровиночку свою баловали как могли. Добаловались, выросла ты вся такая… неприятная. Ну и вот. Шлёпаешь теперь по пыли босиком, вместо мозгов каша, вместо магии ошметки.

Девушка снова остановилась, прислушиваясь к чему-то внутри себя. Хмыкнула неожиданно.

– Родители меня точно любили и баловали. Надо же, я их лица сейчас вспомнила. Мама… О! А папа… О-о-о!

– А ты? Имя своё вспомнила? И давай ко мне тоже на «ты» обращайся.

Она медленно повернула ко мне голову, несколько секунд смотрела в глаза, после чего покачала головой.

– Нет. Госпожа Хилапея меня называла Бо́ра. Не знаю почему, но это точно не моё имя. Оно не отзывается в памяти никак.

Волк, шагающий слева от меня, фыркнул, а я нахмурилась.

– Бора… Бора… Что-то знакомое. Бора, борей… Гиперборей… Северный ветер. А, вспомнила. Бора – это такой порывистый холодный ветер. Подробнее не могу сказать. Что-то там ещё было про белую и чёрную бору. Но тут даже не спрашивай, не смогу ответить, почему они такие. А ты у нас, значит, маг воздуха. Да, Рауль? Но это точнее смогут сказать только Феликс и Ориэль.

Блондинка снова остановилась и опять не мигая уставилась на меня.

– Как вы это делаете, госпожа Агата?

– Что? – моргнула я.

– Это… Ничего обо мне не знаете, мы только что познакомились. А вы идёте и… рассказываете мне обо мне. И знаете, что самое странное?

– Что?

– Я больше чем уверена, где-то вот тут, в душе, – приложила она ладонь к солнечному сплетению, – что вы говорите истину. Что я была… гадкой. И совсем не имела друзей. Это обидно. Почему у меня не было друзей? Я хочу. Но их не было… И то, что меня никто не любил. Это ещё обиднее, я ведь красивая. Но я знаю, что вы говорите правду, хотя совсем ничего обо мне не знаете. Это неприятно сознавать.

– Да не обращай внимания, – неловко улыбнулась я. – Ты же сама говоришь, я тебя совсем не знаю. Мало ли что я ляпнула. Но не со зла, прости. Наоборот, хотела тебя подбодрить, но как-то не получилось.

Я хмыкнула, пожала плечами и, кивнув в сторону отеля, поторапливая, двинулась вперед.

– Это ваша суть. Госпожа Хилапея сказала, вы проводница. Приёмник. Я вдруг вспомнила о таких одарённых. Вы редкость, госпожа Агата.