Граф и его графиня

- Чем обязана, лэйр?

Ганц наткнулся на ее взгляд, как на стену. Вздохнул, печально и тоскливо.

- ты сердишься.

Лиля пожала плечами. А что отрицать? Нет, блин, я в восторге! Меня тут подставили и чуть не разменяли, как пешку, а я должна быть счастлива?

Ганц помрачнел еще сильнее. Если бы графиня злилась, упрекала, устроила скандал. Это было бы хорошо. С таким справиться несложно. А вот это ледяное отторжение...

Ты не стоишь доверия - говорил холодный зеленый взгляд. - Не заслуживаешь.

- Я полагаю, что должен объясниться.

Лиля кивнула.

Ганц взял из ее рук расческу и провел по длинным волосам.

- ты позволишь?

- Вы спрашиваете у меня разрешения? - едкая ирония змеей скользнула в голосе. Переход на 'вы' не остался незамеченным Ганцем, но принять его он и не подумал.

- Лилиан, я рад, что все так получилось?

- что меня едва не убили? Я тоже рада, что не убили.

- Я не мог тебе рассказать всего.

- Я и не требовала.

Лиля упорно молчала. Ганц смотрел на ее отражение в зеркале. И понимал, если сейчас он не сломает эту стену - потом уже никогда ее не сломает.

- Кто ты?

- Я?

- Я говорю не о графине. О тебе. Ты ведь не Лилиан Брокленд?

- Тогда меня бы не узнал отец.

Лиля испугалась, да. Никто и никогда не задавал ей такого вопроса. Но смириться и не подумала. И признаться - тоже.

Ганц покачал головой.

- Я расспрашивал многих, собирал информацию, кстати - поговорил и с Мартой. Продолжать?

Вот теперь в зеленых глазах был еще и интерес. И легкий страх.

- Она рассказала мне, что графиня несколько дней лежала без памяти после потери ребенка. Умирала. Она решилась на крайнее средство - попросила помощи у ведьмы. И та дала ей какой-то порошок. Графиня выздоровела. Но изменилась.

- А вы бы не изменились?

- и я тоже. Но можно стать жестким, решительным, можно стать кем угодно. Нельзя знать то, чего никто не знает.

- Свитки...

- Вы сами их писали, графиня. Я знаю ваш почерки. Буквы другие, но рука - ваша.

- Бред.

Лиля оборонялась. Признаваться? Вот еще не хватало!

- Я никогда не назвал бы вас одержимой. И это не происки Мальдонаи. О нет. Вы не шильда, - Ганц чуть заметно улыбался. - Я поговорил с ведьмой. Она призналась, что дала Марте средство - не слишком сильное. Оно должно было понизить жар, оно вообще-то ничего не дало бы...

- Тем более.

- Я предполагал самое невероятное. А ответ, наверное, прост. Графиня умерла, так? А ты - я не знаю, кто ты. Но ты из другой страны. И возможно, твоя душа принадлежала лекарю.

У Лили пробежал мороз по коже. Догадки Ганца были поразительно близки к истине. А что здесь делают с пришельцами? Вряд ли их изучают или фотографируют для газеты.

- Бред.

- И я тоже думаю, что это - бред, - Ганц кивнул. - Причем редкостный.

- Тогда зачем мне его рассказывать?

- Ради осторожности.