И буду век ему верна?

– Как зовут молодого человека? – спросила я.

– Игорь. Игорь Максимович Вялов. – Она нахмурилась и добавила: – Вы думаете… Конечно, отчество… мне следовало догадаться.

– Вы сказали, что парень шалопай, у него были какие-нибудь проблемы? Денежные, к примеру?

– Вы что, думаете, он мог… О, господи… О его денежных проблемах я ничего не знаю, но характер у него скверный. Однажды он избил человека по совершенно незначительному поводу. Избил так, что тот угодил в больницу. Максиму Юрьевичу пришлось вмешаться, чтобы уголовное дело не завели.

– Вы часто бывали в доме Озерова? – спросила я. – Вялова там встречать не доводилось?

– Нет. Сомневаюсь, что он бывал в доме. Если честно, я там тоже была от силы раз десять. Обычно мы у меня встречались. – Женщина почему-то смутилась. – Сначала Максим Юрьевич не хотел, чтобы Настя обо мне узнала, а потом… потом мы просто привыкли.

– Вы работаете в его фирме и, должно быть, осведомлены о делах Озерова. У него были проблемы?

– В милиции меня об этом спрашивали. Проблемы, конечно, были. Но со мной Максим Юрьевич их не обсуждал. В последние дни его, по-моему, ничего, кроме свадьбы дочери, не интересовало.

– И что он вам говорил по этому поводу?

– Что обычно говорят в таких случаях? – вздохнула она. – Когда Настя приехала сюда со своим женихом несколько дней назад, мы вообще встречались только на работе, а там на разговоры просто времени не было. Он обещал нас познакомить… – сказала она. – Но в ресторан пошел с вами, а вовсе не со мной. Впрочем, какая теперь разница…

После ее ухода я сообщила Славке:

– У нас есть имя и место работы сына Озерова. Давай прокатимся в офис.

Славка воспринял идею без энтузиазма.

– Зачем? Пусть с ним менты разбираются.

– Менты само собой.

– Не понимаю, чего ты ждешь от этой встречи. Хочешь спросить его, не двинул ли он по голове предполагаемому папаше?

– Возможно, о делах отца он знает куда больше дочери, раз у него работал.

– Он не станет с тобой разговаривать, и правильно сделает.

– А вдруг моя красота так на него подействует, что он откроет мне душу?

Кончилось тем, что мы поехали в офис. Однако на работе Вялова не застали. По какой причине он не явился, его непосредственное начальство ответить затруднялось. Начальство, судя по всему, вообще было от него не в восторге. Мы находились в большой комнате, заставленной столами с компьютерами, а толстяк, вытиравший потную лысину платком, говорил с душевной болью.

– Для меня вообще загадка, что он тут делает. Правильнее сказать, зачем Озеров его держит… держал, – поправился он и вздохнул. – Что ж теперь будет? – пробормотал он, на мгновение забыв о нас, но тут же опомнился: – Так что ищите его где угодно, но только не на работе.