И буду век ему верна?

 – Можешь ты объяснить, почему мы не едем к ментам?

– Не могу.

– Что?

– Что слышал. Я не могу объяснить ни тебе, ни ей. Проваливай.

– Не дождешься, – сквозь зубы произнес он и отвернулся.

– Куда вы меня везете? – испуганно спросила Настя. – Что происходит? Почему мы там не остались? Если этот человек действительно…

– Помолчите немного, – как можно спокойнее попросила я.

Она взглянула на меня и замолчала на середине фразы, зябко дернула плечами и стала смотреть в окно.

Выехав из города, я немного успокоилась, но теперь чувствовала себя даже хуже, чем полчаса назад. Славка прав, я не могу удерживать ее силой. Объяснить, к сожалению, тоже ничего не могу. Настя верит Стасу и не поверит мне. Ладно, сейчас главное – спрятать девушку, а там решу, как быть дальше.

– Дайте мне ваш мобильный, – обратилась я к Насте.

– У меня его нет, – сказала она с вызовом. – Наверное, я выронила его там, на дороге.

– Проверь сумку, – сказала я Славке.

Он собрался ответить что-то резкое, но взял сумку из рук Насти и заглянул в нее. Было видно, что собственные действия вызывают у него отвращение. Проверить карманы ее костюма я предложить ему не рискнула. Как выяснилось позднее, зря.

Я попыталась сосредоточиться на дороге. К моему облегчению, и Славка, и Настя сидели молча, глядя в окно, вроде бы всецело поглощенные пейзажем. Или собственными мыслями. Я должна найти приемлемое объяснение для Насти, успокоить ее… Завидев впереди указатель, я свернула на проселочную дорогу, вскоре показалась деревня. Против ожидания, она вовсе не выглядела необитаемой. Трава скошена, перед ближайшим домом на веревке висит белье. Колодец, детский велосипед, на скамейке сидит пожилая женщина с мальчишкой лет пяти. Проводила нас заинтересованным взглядом. Если Настя решит позвать на помощь… Приходится признать, идею спрятаться здесь удачной не назовешь. Если я не сумею убедить Настю остаться, задержать ее против воли не получится.

И тут я увидела дом. И невольно поежилась, хотя ничего зловещего в нем не было. Обычный дом, до которого хозяевам нет дела. Ставни на окнах закрыты, забор покосился, в палисаднике вместо цветов заросли крапивы. Крапивой поросла и дорожка к крыльцу, осевшему, с оторванной водосточной трубой. С той самой ночи я ни разу здесь не была. Наверное, я могла бы его продать, но этого не сделала. Не знаю почему. Но одно я знала точно: никогда больше я бы не хотела тут оказаться. И вот я здесь.

Я подъехала к самому крыльцу и остановила машину.

– Зачем мы сюда приехали? – ворчливо спросила Настя. Теперь она скорее была удивлена, чем испугана.

– Здесь вас искать никто не станет, – пожала я плечами.

– Я тут не останусь, – нахмурилась она. – Я вас не понимаю, я ничего не понимаю. Я хочу домой, Стас будет беспокоиться.