Я беременна от вас, босс!

– Да на кого вы же нас оставляете? Кто теперь будет Эмира Тагировича успокаивать, когда он буйствует?

– Ничего. Справится, – заверяю я. Даже думать об этом не хочу. Вот только этих переживаний мне не хватало.

– Ну, я надеюсь, вы хоть новую помощницу подготовите за две недели?

– Нет. Я хочу написать заявление на отпуск.

Не могу я с Эмиром больше работать. Эти две недели я не выдержу. Ловить на себе презрительный взгляд, чувствовать вину и терпеть пренебрежение в мою сторону. Не смогу. Тяжело находиться с любимым человеком, которому так бесстыдно врала. А он теперь мне и не верит.

– А, хорошо… Сейчас.

Через десять минут я ставлю несколько подписей. Встаю со стула, забираю документы и прощаюсь. Хочу быстрее уйти. Мне бы домой… А то некомфортно чувствую себя в чужих вещах.

Да, я, как дурочка, не ночевала дома. Потому что знаю своих родителей – они назло остались в моей квартире и никуда не уехали. Ждали, пока их психованная дочь вернётся.

А я не пришла. Переночевала у Ксаны, а заодно рассказала ей обо всем. Хотелось кому-то поплакаться в жилетку. И когда я сделала это, стало проще, но наутро я встала немного разбитая. Лицо опухло от вчерашних слёз.

И теперь я выгляжу… мягко говоря, не очень. Ещё и не в своей одежде я словно не я. Мне пришлось брать вещи у подруги, чтобы явиться в офис – домой я так и не попала. Проснулась поздно и не успела заехать, решила сразу пойти увольняться.

Шагаю по коридору, стараюсь не смотреть по сторонам. Вряд ли Эмир окажется на этом этаже. Он сюда априори не ходит. Обычно это делаю я.

А пока здороваюсь со всеми подряд. Иду к лифту, поправляя расстёгнутое пальто.

Нажимаю на кнопку вызова и жду буквально минуту.

Убраться. Отсюда нужно убраться как можно скорее.

Лифт на моём этаже останавливается. Двери открываются, а я поднимаю взгляд с белоснежной плитки. И на секунду замираю, видя Эмира, опирающегося спиной о стенку кабины.

Делаю вид, что не замечаю его.

Хотя сердце громко ударяет под рёбрами.

Под ложечкой посасывает.

Отворачиваюсь от босса, взгляд опускаю. Хочется закашлять, но я просто стою. Бездвижно.

– Ты увольняться пришла?

От его голоса во рту сухо становится.

Но я нахожу в себе силы и отвечаю:

– Да. Вы же сами меня уволили, Эмир Тагирович.

– Я вспомнил, что ты должна отработать две недели. Ты сегодня опоздала. Завтра жду в офисе вовремя.

Чувствую его взгляд на своём теле. Такой жалящий, изучающий.

– Я уже написала заявление на отпуск, – проговариваю.

– Я его не подписывал, – холодно проговаривает.

А я усмехаюсь.

– С некоторых пор их подписываете не вы. А ваш заместитель.

Тихое цыканье за спиной удовлетворяет.

А вот эти пальцы на запястье – нет.

Лифт неожиданно останавливается, а меня дёргают назад. На каблуках, хоть и небольших, ничего сделать не успеваю.