Я – первый

Стоявший со мной рядом охранник внезапно выкрикнул «Время!» (я вздрогнул), и два соперника сразу же опустили руки и сделали шаг назад.

– Ну неплохо, – проговорил Бекхан, оглядывая моего товарища.

– Ты «вольник», что ли? – спросил он у тяжело дышавшего Артура. Тот молча кивнул.

– Хорошо. Сейчас отдохнем и на тебя посмотрим, длинный, – бросил мне чеченец через плечо.

Я посмотрел ненавидящим взглядом ему в затылок и сжал зубы.

Не сказать, что легко, но я переиграл его. В технике я был сильнее. С первых же секунд я понял, что этот бой действительно ведется «без дураков». Бекхан вкладывал в свои удары всю свою ненависть к сопернику, умноженную на вес и немаленькую силу. К тому же на глазах своих земляков он не имел права проиграть мне даже этот тренировочный спарринг. Я моментально (все-таки четыре года в сборной города) определил, что вся боксерская подготовка чеченского бойца сводилась к одному мощному удару. Но хорошо поставленному. Я еще успел подумать – с уважением! – что если бы он попал в голову быка своим коронным справа, то бедное животное не пришлось бы и резать…

Понимание опасности добавило в организм адреналина, и я вел бой предельно внимательно, иногда и забывая о том, где нахожусь. Мой противник был тяжелее меня килограммов на десять, и я давно уже возблагодарил бога, что чеченец не борется со с мной, а только боксирует. Иначе он бы меня просто поломал."

"К тому же Бекхан не экономил силы, вкладывая в удары вес всего тела, и, по моему мнению, излишне крупные мышцы лишали его стремительности и подвижности. Он тяжело разворачивался и замахивался. Я предугадывал его намерения и уходил от его слишком заметных, во всяком случае для меня, ударов. Боксер смотрит всегда сопернику в глаза, а по ним всегда можно легко прочитать действия бойца. И к тому же чеченец был азартен, он не контролировал свои эмоции, что также весьма помогало мне в этой схватке. Один раз я удачно подсел под его бьющую руку, разогнулся и снизу впечатал кулак прямо ему в нос. Мое левое плечо содрогнулось от отдачи удара. Бекхан отскочил назад, и его лицо сразу же залило кровью. Он смачно отхаркнул кровавый сгусток прямо себе под ноги. Я остановился и опустил руки. Охранники громко, тревожно загалдели.

Чеченец резким выкриком остановил их болтовню и повернулся ко мне:

– Все нормально! Работаем дальше!

Я отрицательно помотал головой.

– При такой травме бой останавливают, – хрипло, выталкивая слова из сухого горла, проговорил я. Эта недолгая схватка уже утомила меня, тем более что я долго не тренировался. Когда бой ведется на пределе сил, именно так все и происходит. – У тебя все перчатки в крови. Нос слабый, надо укреплять его…

К чеченцу уже спешил охранник с бинтом в руках.