Я — полукровка. Академия Млечного пути

— Какого?! — испуганно вскрикнула Сиб и подскочила ко мне. — Вы чего такие припадочные?

— Сибилл, не кричи, пожалуйста, итак голова чугунная, — альбинос сел и расслабленно потер кроваво-красные глаза, в которых то и дело мелькали черные пятна.

Он бросил взгляд за наши спины, туда, где когда-то располагался вход в храм, и где сейчас лежала под завалами Лиззи, и произнес всего одно слово: «Жаль».  Но я видела, что чувства этого он вовсе не испытывал. Так переживают, когда в суете домашних дел случайно наступаешь на хомяка, что крутился под ногами. Жаль, но не ужасно. Всегда можно купить нового.

И вот это действительно пугало. Я с ужасом начала осознавать, что, в который уже раз, ошибаюсь в людях. Что паззлы-то во всей этой истории ещё далеки от финальной сборки.

Глава 26. Вся правда светозарного мира

Я нервно ходила по больничной палате в ожидании, когда меня наконец-то отпустят. Раздражало всё — от мерного гудения лампы над кроватью до странных сериалов, что демонстрировались на голографе. Но больше всего бесило то, что все мои заверения в том, что я не пострадала, Данте пропустил мимо ушей.

Когда пожар в лагере потушили, а всем раненым оказали первую помощь, Лорк приказал открывать порталы в Академию прямо со стоянки. Но отбытие группы пришлось отложить — никто не хотел оставлять тело бедняжки Лиззи в этом проклятом месте.

Я не видела, как её извлекли. Просто не нашла в себе сил смотреть. Смалодушничала? Да. Но и винить себя я не собиралась. Юпирианка сделала свой выбор. Меня с детства приучали к мысли, что когда-нибудь я отдам свою жизнь за жизнь группы. И я почитала это за честь.

Но почему тогда, среди обгорелых остовов палаток, я не смогла проститься с храброй марэ Виэль? Мне было проще считать, что она по-прежнему жива и щебечет где-то в деканате.

А ещё я очень хотела поговорить с Данте наедине, рассказать ему о странностях Найта. И о его происхождении. Но альбинос, будто чуя мои намерения, не отлипал от магистра, везде сопровождая его."

"После прибытия в Академию, нас всех в обязательном порядке доставили в больницу. Я же попала под прямой надзор Оливера, который с большим удовольствием запер меня в отдельной палате. Да, с шикарными условиями, но под замком. И это напрягало. А после сообщений от Ника, которого вместе с остальными уже давно отпустили, напрягло ещё больше.

От Данте за всё это время пришло всего одно письмо с просьбой не высовываться и ждать его прихода. А самое главное — не накручивать себя и не пытаться что-либо разузнать. Просто довериться ему. В ответ я набрала ему длинное послание, где озвучила свои опасения насчёт Гидеона, но так и не отправила.