Я тебя забираю

“А ведь действительно так, еще пару сотен лет назад любой призыв мог оказаться с весьма приятным продолжением в компании юной красавицы и… бывшей скромницы”.

— Девицы больше не любят читать, — Баллам заговорил. Он поправлял манжеты, стряхивая с них невидимый человеческому взгляду пепел и песок мира неупокоенных.

— Реалии современного общества, — отозвался огорченно Темный князь.

— Я не девица, но, надеюсь, не хуже, — второй голос, раздражающе громкий, привлек внимание.

— Заметил, — демон вскинул голову. — Ну раз не хочешь расшаркиваться и немного побеседовать с тем, кого призвал, говори по существу, волк. Кого потерял? Редко вы обращаетесь к нам, презираете, — склонил голову, осматривая парня. — Истинную? Вряд ли, совсем молод. Подойди, — поманил.

— Мать, — ответил оборотень.

Не то чтобы Балаам был заинтересован в сделке: желание закончить свой обед, подталкивало побыстрее разобраться с проблемой:

— Ясно, привязанность. Наверное, и любишь ее, и жизнь готов отдать, или что ты собирался мне предложить? — он отметил, что призыв выполнен идеально, и тот, кто чертил пентаграмму, не оставил и малейшей лазейки, вынуждая задержаться. — Круг разорви.

— Не делай этого, — князь предостерегающе перехватил оборотня за руку. — Исчезнет, устанем искать.

— Не вышло, — хмыкнул демон. — Ладно. Жду, волк, предлагай, что там у тебя, — великодушно согласился.

— Деньги.

Демон закатил глаза и отрицательно покачал головой. Предложение прозвучало оскорбительно. Неужели он похож на того, кто нуждается в мирских бумажках?

— Долг стаи.

— Зачем он мне? — Балаам скривился не представляя, как кучка людей, умеющих оборачиваться собаками, когда-то принесет ему пользу.

— Душа, — произнес неуверенно оборотень.

— И к чему мне душонка, что попадет в руки не через одно столетие? И, скорее всего, до ужаса правильная. Чем темнее душа, — пояснил Балаам, — тем покорнее, раболепнее перед силой демона. А тут налицо благородные порывы с возможностью самопожертвования, — театрально взмахнул узкой ладонью.

Молодой волк подошел ближе к кругу призыва:

— А что тебе нужно? — спросил нетерпеливо.

— Это ты требуешь от меня вернуть жизнь своей матери, и почему же я должен думать над обменом? — демон дернул головой, откидывая челку. — Еще две попытки, волк, — добавил скучающе.

— Вынудил, щенок, — вступил Темный князь. — Помнится, за тобой должок, принц.

Балаам округлил глаза, услышав слова:

— Хм, удивлен, что за полтораста столетий не забыл мой маленький провал.

— А ты бы мой забыл? — надменно уточнил вампир.

Принц Преисподней отмахнулся от князя, приблизился к границе магического круга, впиваясь взглядом в черные глаза молодого оборотня. В них легко читались отчаяние, страх, боль потери настоящего.