Я тебя забираю

 — А я наивно предполагал, что сам соблазню маленькую волчицу, — его рука скользнула по обнаженному животу вверх, поднялась медленно, не касаясь груди, но и от этих простых ласк девушка мелко задрожала. Сильные пальцы провели по шее, фиксируя на мгновение и отпуская. — Ты пришла не за поцелуем.

Ксюша залилась краской и тихо выдохнула:

— Нет, — глотнула воздуха, продолжила, — я пришла из жалости, — произнесла и ахнула.

Мужские пальцы, наказывая обхватили розовый сосок, сжимали его.

— Вот и ты перестала говорить мне правду, — стоя между ног девушки, принц Преисподней ласкал взглядом девичье тело, изредка касаясь дыханием или руками мягкой кожи.

— Ты совсем ничего не нашел, — волчица выгнулась, прикусила с силой губу, сдерживая стоны и дожидаясь, пока острые зубы демона не перестанут терзать ставшую упругой вершину соска, — чтобы могло тебе помочь? — выдохнула скороговоркой, когда Балаам оторвался от груди и поднимался легкими укусами к шее.

— Нашел, уже завтра все решится, — врал, не желая говорить правду.

Если случится то, о чем он думал, то Ксения ему ничем не поможет, а если же нет, то зачем волновать юное создание, распластанное сейчас перед ним на столе?

Демон мотнул головой, отгоняя мысли и вернулся к приятому.

Теперь он изучал плавные изгибы губами, позволяя Ксюше ерошить его волосы, оставлять небольшие отметины острыми ноготками на плечах, разрешая обхватывать его лицо руками, притягивать к себе и целовать.

Ее поцелуи становились все смелее и откровеннее, она со стоном посасывала язык демона, обхватывая за плечи и вжимаясь бедрами. Извивалась под ним, желая большего, но не смея попросить вслух.

— Тише, — прошептал принц, разрывая поцелуй. — Доверься, — горячими влажными поцелуями спускаясь по груди, лаская мягкий живот, прикусывая косточки на бедрах и щекоча нежную кожу языком.

Юная волчица металась, раскинув руки и сталкивая со стола оставшиеся книги, пыталась приподняться на локтях, но откинулась обратно, прижатая рукой демона.

— Балаам! — она широко распахнула глаза, едва почувствовав прикосновение языка на внутренней стороне бедра, так близко, так горячо и желанно.

Потянув за шелковую ткань и сдвинув девушку к краю стола, принц Преисподней медленно опускался на колени, глядя в глаза девушки. Она шептала что-то невнятное, просила отпустить ее, не делать этого и тут же умоляла помочь ей, с хрустом сминая дрожащими ладонями листы с записями. Ей хотелось найти опору и отползти — слишком откровенно и бесстыдно казалось задуманное демоном, а с первым прикосновением его твердого языка к ее разгоряченному и влажному лону обессиленно опустила голову, закрыв от блаженства глаза.