Я тебя забуду

А спустя мгновение меня насильно переворачивают на спину. Как беспомощную черепашку.

— К твоему сведению, у меня был самый высокий проходной балл на потоке. А по уровню интеллекта я опережала всех одноклассников. Мы дважды делали тесты. — Показываю язык.

— Хм... И куда же это все подевалось? — Шаталов убирает волосы с моего лба и заправляет непослушные пряди за уши.

— Сделай, как было. — Морщу нос и тут же начинаю елозить гривой по подушке, чтобы вернуть прежнюю лохматость и хоть немного скрыть лопоухость.

— Мне так больше нравится. — Он нахально фиксирует голову и повторяет свой трюк с волосами.

— Ты извращенец. Я так на Чебурашку похожа. — Всхлипываю. — Или на эльфа, — выдаю вторую, более красивую версию.

— Никогда раньше не трахал эльфов. Настоящая экзотика. — Гад даже не улыбается. Серьезный, словно не об ушах говорит, а о строении вселенной.

— Женщин с такой маленькой грудью ты, наверное, тоже еще не трахал? — В порыве отчаяния дергаю одеяло вниз.

Если уж обсуждать мои слабые места, то все сразу. Не люблю растягивать мучения.

— Это комплексы? — Шаталов смотрит на меня как на ненормальную.

За несколько дней можно было привыкнуть, но спасительный пофигизм не включается.

— Ну... — Вместо того чтобы кивнуть или сказать честное «да», прячу грудь за руками. Ненадолго меня хватило. — Как бы... Не без оснований.

— О груди... кхм, это сказал кто-то? Или своим «проходным баллом» надумала? — Он склоняет голову набок.

— Мне зеркало подсказало. — Заливаюсь краской.

И пока этот умник не просек, до чего довели его вопросы, отползаю на край кровати. Подальше!

— Какие-то левые тесты ты делала.

Не успеваю я сбежать, Марк хватает за лодыжку и тянет на себя. Сильный и упрямый, как бульдозер.

Никакие попытки спастись не помогают. Второй ногой изо всех сил стараюсь отбиться от этого монстра. Цепляюсь за простыню. Но вместо свободы оказываюсь на мужских коленях. Почти наездница. Только, в отличие от ночных опытов, мой конь в броне. И она не из латекса.

— Ты что-то говорил про пять минут на сборы... — Отворачиваюсь к окну.

— Голодная поедешь. — Правая рука Шаталова ложится на мою левую грудь. — Не умрешь.

Марк раздвигает пальцы и зажимает между ними острый сосок. Несильно. До легкой боли.

— Какой-то ты неправильный маммолог. — С голосом беда. Он хрипнет от первого же прикосновения.

С телом тоже что-то странное. Боль стекает горячей волной от груди к развилке ног. И там тут же начинает гореть и ныть. Будто не стонала всю ночь от удовольствия. Словно не сходила с ума, когда Марк трахал меня в душевой кабинке, потом на диване в гостиной и под конец — в своей спальне. Долго, бешено, пока я не отключилась от очередного оргазма до самого утра.

— Вспыхиваешь как спичка.