Я – твой должник

Как видно, он взял не только жвачку.

До чего ядовитый гад! Меня трясет от гнева и на него, и на себя.

– Фикси? – Ханна присаживается рядом со мной на корточки и берет меня за руку. – Фикси, не пугай нас. Что стряслось?

Я смотрю на ее родное, доброе лицо и не выдерживаю. Знаю, что до Рождества всего пять дней и у нас полно дел. Знаю, что некогда думать о личном. Но это чересчур. У меня внутри словно дыра выжжена.

И я, собравшись с духом, выкладываю все Ханне и Николь. С самого начала, с первой нашей встречи в кофейне, хотя кое-что они уже слышали. Но так мне легче рассказать все со своей точки зрения.

Они слушают меня в глубоком молчании. И дружно вскрикивают от ужаса: «Нет!», когда я делюсь своими подозрениями насчет Райана. Я даже слабо улыбаюсь.

– И что ты теперь будешь делать? – Ханна, как всегда, решительна и практична и уже держит ручку наготове.

– Скажи ему, – советует Николь.

– Обязательно! – подхватывает Ханна.

– Пойди к нему…

– Объясни, что произошло недоразумение…

– Но он занят! – в отчаянии восклицаю я. – У него есть девушка. А мне чужие парни не нужны, я не такая! Нельзя так, должна быть женская солидарность.

Наступает молчание. Я отпиваю чай. Он поостыл, но все еще успокаивает.

– А если эта девушка – законченная сука? – говорит наконец Ханна. – Тогда, по-моему, правило не действует.

– Она не сука. – С ума сойти: я выгораживаю Крикуни! – Во всяком случае, не законченная. Она такая яркая, им вместе весело, и на лыжах они катаются…

– Ну-у, раз на лыжах… – саркастически тянет Ханна. – Фикси, кто угодно с кем-нибудь катается! У вас с Себом происходило нечто необыкновенное. И ты готова это упустить!

– Не знаю… – Я представляю себе, как звоню Себу, чтобы все объяснить… и поджимаю хвост.

– Мне нужно работать, – меняю я тему. – А то нехорошо: у нас в пятницу вечером дел по горло.

– Хорошо. – Ханна поднимается на ноги. – Но ты должна что-нибудь предпринять.

– Может быть. – Я закусываю губу. – Не знаю. Надо подумать. Как следует.

– Шла бы ты домой, – твердо говорит Ханна. – Прими ванну, расслабься. Правда. – И добавляет после секундной паузы: – А потом позвони ему.

Я ставлю чашку на стол и поднимаюсь на ноги.

– Это он? – тотчас спрашивает Николь.

– Посмотри! – восклицает Ханна. – На что угодно спорим – это он!

– У меня предчувствие свыше: он должен прислать сообщение, – говорит Николь. – Предвидение такое.

– А я уверена, что это не он, – отвечаю я, трясущимися руками выуживая мобильник из кармана. – Это точно не… Вот видите, это от мамы.

Я открываю сообщение и цепенею. Себ мигом вылетает из головы. Глазам не верю. Это уже слишком.