Ярость

Держите их в подвале!

— Я сделаю это. Вы три берете танец! — обратилась Бонни и побежала за Алариком. Мередит побежала к ее машине.

Танец подходил к завершению. Так много пар были около автостоянки. Аларик кричал на них, поскольку он, Матовый и Бонни прибыли, обстреливая.

— Возвратитесь в здание! Загоните каждого внутри, и закройте двери! — он вопил на шерифа. Но время было наисходе. Он достиг кафетерия так же бесшумно, как и темная фигура. Один мент спустился без звука и шанса запустить в него оружием.

Другой был более быстр, и выстрел прозвучал. Студенты кричали и убегали а место стоянки. Аларик пошел за ними, пытаясь вернуть их."

"Фигуры вышли из темноты между припаркованными автомобилями со всех сторон. Паника возобновилась. Аларик продолжал кричать, продолжал пробовать собрать испуганных студентов к зданию. Здесь они были легкой добычей.

Во внутреннем дворе, Бонни обратилась к Матовому.

— Нам нужен пожар! — сказала она. Матовый бросился в кафетерий и выпустил коробку. Он бросил это к земле, нащупывал в его карманах что-нибудь воспламеняющееся.

Матовый нашел только бумажку и незамедлительно зажег ее. Это было единственное безопасное место. Матовы помогал людям в кафетерии. Бонни вбежала в нуторь кафитерия и буйно начала искать сцену.

Она смотрела в надежде увидеть взрослых, но вокруг были только паниковавшие дети. Тогда он увидела красные и зеленые художественные оформления.

Шум был очень сильный; даже собственного голоса при всем желании ты не туслышешь. Пробираясь мимо людей, пробующих выходить, она подобралась в угол комнаты. Каролинский был там, выглядя бледным без ее летнего загара, и нося королеву снега диадема. Бонни буксировала ее на микрофон.

— Вы способны говорить? Скажите им оставаться внутри дома! Скажите им начинать снимать художественные оформления. Мы нуждаемся в чем — нибудь, что будет гореть — деревянные стулья, материал в канистрах мусора, что — нибудь. Скажите им, что это — наш единственный шанс! — добавила она, поскольку каролинский уставился на нее, испуганным взглядом:

— У тебя есть корона… так что нам делать?

Она не думала, что каролинский доверится. Она погрузилась снова в негодование комнаты. Время спустя она слышала голос Каролин, сначала колеблясь и затем срочный, на громкоговорителях.

Была мертвая тишина, когда Елена открыла глаза.

— Елена?

При хриплом шепоте, она пробовала сосредоточиться и изучила заполненные болью зеленые глаза.

— Стефан, — вымолвила она. Она наклонялась к нему. Елене стало бы лучше, если она могла хотя бы кончиками пальцев дотронуться до него.

Вдруг послышался смех. Елена не поворачивалась, но Стефан неожиданно повернулся.