Идеальный хищник

Что Филипп меня любит. Что он просто испугался незнакомых чувств.

Все-таки, как ни старайся, а в женщине до конца дней прячется наивная девочка, которая верит в то, что ее не игнорируют, а любят. Просто очень глубоко.

Разбираться в этом было страшновато, поэтому я сосредоточилась на том, чтобы достучаться до Завадича.

Исключительно для очистки совести я снова выслушала долгие гудки по телефону. Сомневаюсь, что взрослый циничный мужчина с холодной сталью в глазах будет, как пятнадцатилетка, то блокировать, то разблокировать чей-то номер.

У меня была надежда на то, что он не подумал про мессенджеры. Должен же у него быть какой-нибудь «телеграм» или «воцап»? Я скачала их все — включая старые и стремные и новые инновационные. Проверила — и везде оказалась заблокирована.

Через час мне на дом доставили новую сим-карту, с которой я тут же позвонила на выученный уже наизусть номер.

Долгие гудки — абонент не отвечает. И не принимает сообщения с незнакомых номеров.

Молодец. Грамотная сетевая безопасность.

Не то чтобы я сильно рассчитывала на этот вариант. Но пока завтракала, принимала душ и одевалась — можно было рискнуть.

С грустью взглянув на разбитую машину под окном, я вызвала такси.

Адрес, конечно, не знала, но без труда нашла нужную точку на карте.

Такси не пустили на закрытую территорию жилого комплекса — невзрачные ворота, которые открывались перед «Майбахом» загодя, сейчас остались закрытыми.

— Подождите, пожалуйста, я обратно, наверное, поеду, — попросила я таксиста.

Возможно, это было ошибкой. Не стоит идти на битву, заранее готовясь к поражению.

Я потопталась у ворот. Должен же быть звонок? Курьеры как-то на территорию попадают? Гости? Незваные родственники, которым невозможно отказать?

Кнопку с камерой я заметила в последний момент, когда уже была готова сдаться.

Вдавила ее и получила недружелюбный вопрос:

— Кто?

— К Филиппу Завадичу!

— Кто? — равнодушно переспросил голос из динамика.

— Вера Тополева, к Филиппу Завадичу. Он меня ждет, — отчаянно соврала я.

— Вас нет в допуске.

— Как нет? Вы же меня должны были видеть, я часто сюда приезжала!

— Это ничего не значит, — в тоне появилось легкое снисхождение. — Сейчас вас в списках нет.

Я постояла еще несколько минут, топчась на месте и пытаясь придумать какой-нибудь еще довод, чтобы меня впустили, но совершенно ничего не пришло в голову.

И я с позором вернулась в машину.

Таксист смотрел строго перед собой и никак не комментировал мою попытку прорваться.

Я оставила ему большие чаевые.

Долбиться дальше было стыдновато.

Гоняться за мужиком — фу! Даже если допустить, что он меня любит.

Я бы уже бросила эту затею, но меня держала на плаву уверенность в голосе Славы. Он так говорил, словно и правда верил в это.