Идеальный хищник

Или русский балет ты тоже не любишь?

— Люблю, — с удовольствием кивнула я. — Но предпочла бы «Жизель».

Филипп медленно поставил бокал на столик, откинулся в кресле, глядя на меня из-под темных ресниц. Покачал головой, не собираясь продолжать игру.

— Любопытно, Вера… — проговорил он медленно. — Ты со всеми такая капризная штучка?

— Любопытно, Филипп… — спародировала я его вальяжно-ленивый тон. — Ты со всеми такой шаблонный?

Стальной взгляд резанул меня по лицу.

— Шаблонный? — в низком голосе появилась едва уловимая угроза. — Часто у тебя такие шаблонные свидания?

— Нет. Первый раз. Но…

— Но?

Я отложила приборы, вытерла пальцы о салфетку.

Подняла свой бокал шампанского и сделала глоток.

Ледяные пузырьки защекотали нёбо, будоража и побуждая к хулиганству."

"— Ну его, это свидание, — сказала я, глядя Филиппу прямо в глаза. — Поехали трахаться.

26. Покорная добыча

Серо-стальные глаза Филиппа сверкнули хищным блеском. На этот раз ему не потребовалось ни секунды, чтобы осознать мои слова. Он как будто ждал именно их.

Стремительным движением он поднялся из-за стола, мгновенно перевоплотившись из вальяжного сибарита в опасного зверя. Воздух вокруг нас сгустился, потрескивая от первобытной энергии.

Ни слова не говоря, он стиснул мое запястье стальной хваткой и дернул к себе.

От его жестокой и предвкушающей улыбки ноги стали ватными. Сопротивляться не хотелось — да и вряд ли мое сопротивление что-то решило бы.

Загипнотизированная холодным взглядом, я последовала за Филиппом через зал ресторана к выходу. Посетители и официанты поспешно расступались перед нами, инстинктивно чувствуя исходящую от Завадича угрозу.

«Майбах» подрулил к входу практически сразу, не заставляя нас ждать, и Филипп втолкнул меня в машину. Движения его были резкими и нетерпеливыми — совсем непохожими на обычную трепетную нежность.

Он был похож на голодного зверя, которому кинули покорную добычу, и он уже готовится растерзать ее на части, чтобы насытиться.

Перегородка между водителем и салоном была уже закрыта, и от этой детали горячая дрожь прокатилась по коже. Он знал. Водитель знал. Мы все знали.

Дверца захлопнулась за Филиппом, и он сразу опрокинул меня на сиденье, нависая сверху.

Укус в шею обжег как огнем — я ожидала поцелуя.

Сильные руки стиснули тело — плотно, крепко, до перехваченного дыхания.

Я попыталась оттолкнуть тяжелое мужское тело — но Филипп был словно осколок скалы.

Ни сдвинуть, ни смягчить покорностью, лаской и теплом.

Яростный напор его укусов-поцелуев, резко содранное с груди платье — кажется, я услышала треск шелка, но задохнулась от холодных требовательных губ, атаковавших мои соски.

Вот теперь я была полностью во власти хищника без единого шанса вырваться.