Игра на желания

Да знала бы я, чем все обернется, гнала бы его поганой метлой!

— А я бы присоединилась, — кровожадно добавила Дора и потрясла в воздухе кулаком, видимо грозя духу покойного Флавия. — Ух, скотина! Попался бы ты мне!

— Правда? — недоверчиво переспросил Седрик. Покосился на Себастьяна, внимательно слушающего нашу перебранку, но все же продолжил: — Трикс, я понимаю, что тебе может быть стыдно признаться. Я изо всех сил пытался, чтобы твоя ошибка не стала достоянием общественности, но…

— Я тебе глаза выцарапаю, — мстительно пообещала я. — Тебе и твоим приятелям. Сначала Кайл мне всякие гадости говорил, теперь ты к нему присоединился. Седрик, да если ты хочешь знать, то я… я…

И я прикусила язык, понимая, что в запале гнева зашла слишком далеко. Нет, пожалуй, это будет лишним — при таком скоплении народа во всеуслышание заявить, что до сих пор остаешься девственницей. Как-то это… стыдно, что ли. Особенно в двадцать пять лет.

— Ваша подруга хочет сказать, что еще не познала ласки мужчины, — пришел ко мне на помощь Себастьян и с ехидцей ухмыльнулся, когда я густо побагровела. — Безусловно, это весьма странно для столь симпатичной особы, но является чистой правдой. Уж поверьте мне — все признаки налицо.

Я покраснела еще больше, силясь понять, что означает последняя фраза. Неужели во мне есть какая-нибудь отличительная черта, которая позволяет ему быть в этом настолько уверенным? Я как-то иначе хожу или у меня есть что-то вроде опознавательного знака на лбу?

— Аура, найна Беатрикс, у вас удивительно нежная аура, — пояснил Себастьян, пряча улыбку в уголках губ. — Такая бывает только у невинных девиц.

— Тогда почему вы ничего не сказали, когда они только начали свои гнусные инсинуации? — мрачно буркнула я. — Ведь могли бы сразу же прекратить этот бред.

— Смысл? — Себастьян неопределенно пожал плечами. — Именно в ссорах и спорах характер людей познается лучше всего."

"— Прости, Трикс, — между тем жалобно проблеял Седрик, который по цвету лица вполне мог бы соревноваться со мной. — Я даже не предполагал… Но почему?

В последнем его вопросе прозвучало столько искреннего недоумения, что мне неожиданно стало смешно. Действительно — а почему? В наше безумное время девственность превратилась в некий постыдный атрибут. Если ее не лишилась до определенного возраста, то невольно возникает недоуменный вопрос: что с тобой не так? То ли ты слишком страшна, поэтому являешься для окружающих мужчин скорее предметом обстановки, чем личностью, то ли с такими тараканами в голове, что лучше бы была уродиной. А что со мной не так? Вроде бы достаточно симпатичная, по крайней мере, ухажеров всегда было много. Вроде бы адекватная.