Игра на желания

 — Итак, господин Мизерд, в какую именно историю не повезло угодить вашему дяде? Вы упомянули о его любовнице и неких совпадениях, не так ли?

— О да. — По моему лицу скользнула быстрая тень неудовольствия. Видимо, призраку было действительно неприятно возвращаться к изначальной теме разговора. — Понимаете, мой дядя Флавий всегда любил женщин. И женщины отвечали ему взаимностью. Да, он был женат, но моя тетя, нейна Стефания, относилась к многочисленным увлечениям мужа с достаточной долей спокойствия и равнодушия. Она неоднократно говорила, что неважно, где и с кем проводит день муж, главное, чтобы ночью он обнимал только жену. Наверное, это и было секретом их долгого и счастливого брака. Только одна вещь омрачала этот союз — отсутствие детей. Стефания совершила все мыслимое и немыслимое, обследовалась у всех новомодных врачей, даже совершила несколько поездок в глухомань к деревенским знахарям, истерла себе колени на службах в храмах, но все зря. Боги не желали даровать их браку высшего благословения.

— Мне казалось, нейн Флавий никогда особо не переживал по этому поводу, — влез со своим удивленным замечанием Седрик, воспользовавшись краткой паузой, которую взял Мизерд для того, чтобы отдышаться."

"— Вообще-то вы правы, — признался тот. — Может быть, в начале супружества Флавий еще желал детей. Но потом устоявшийся брак и жизнь, полная только собственных удовольствий, увлекла его. Тем более что несколько лет Флавий был волен делать, что только пожелал бы, поскольку жены постоянно не было дома. Лечение и всевозможные ритуалы поглотили все ее свободное время. Однако женщины склонны рисовать в воображении всяческие ужасы. Стефания была твердо убеждена, что рано или поздно, но Флавий оставит ее, заведя ребенка на стороне. Из-за этого она забыла о своей мудрости и терпении и последний год, когда убедилась в тщетности попыток забеременеть и осела в четырех стенах, начала устраивать ему ежедневные скандалы, не подозревая, что тем самым еще сильнее отвращает мужа от дома. В итоге Флавий пустился во все тяжкие. Вы ведь знаете, господин Седрик, главное для мужчин — спокойствие и уют. И если дома они их не могут обрести, то начинают искать то место, где к подобным слабостям отнесутся с большим пониманием.

Мне был неприятен подобный разговор. А точнее, меня откровенно раздражали та самоуверенность и апломб, с которыми призрак вещал об удобстве мужчины в браке.