Игра в отрезанный палец

Видишь, мы почти в городе — и фонари горят! Потом купим теплые кальсоны и поедем через Люксембург в Трир к герру Вайнбергу… Ник хотел было высказать свое сомнение, но вдруг понял, что план Сахно вполне разумен и логичен. Логичен, но только к чему все это теперь Нику? Они вне закона со всех сторон. И на Ивана Львовича они уже не работают, да и смысл самой работы куда-то пропал…

Ник прикусил нижнюю губу.

— Тебе не нравится? Можешь выйти! — сухо произнес Сергей. — Я тебе марок сто дам и иди к е… матери!

Ник отрицательно мотнул головой. Некуда было ему идти. Некуда и незачем.

Лимузин тронулся. Улли расслабленно смотрела на пустую дорогу. Сахно и Ник молчали.

— Что-то город никак не начинается! — протянул через полчаса Сахно и бросил взгляд на Ника. — Фонари горят, а города нет!

Город появился минут через двадцать и назывался он Льеж. Все его улицы были заставлены машинами, так что даже приткнуться было негде. Наконец, после затянувшейся медленной езды по окраинным улочкам, Улли увидела подходящее место и умело «встряла» их похоронным лимузином между двух грязных машин.

Втроем они зашли в первый же попавшийся магазинчик одежды, где их встретил улыбчивый араб, то ли продавец, то ли хозяин.

Сахно ткнул пальцем на черные дутые куртки, висевшие на металлической вешалке-елочке в центре единственного зала."

"— Сколько их деньги стоят? — спросил Сергей, прищуренно глядя на бирки с ценами.

Ник пожал плечами. Сахно достал сто марок и показал их арабу. Потом снова ткнул пальцем в куртки.

Араб кивнул, снял с вешалки куртку и протянул ее Сергею. Сергей мотнул головой и показал пальцами, что ему нужно две куртки.

Теперь уже араб отрицательно замотал головой.

— Слушай, спроси его, может он немецкий знает? — попросил Сахно Ника.

Араб немецкий знал, и через пять минут и Ник и Сахно натягивали на себя теплые черные куртки, заплатив за них сто пятьдесят марок.

— Так, теперь надо что-то для Улли… — Сахно обвел внимательным взглядом магазин. Снова остановил взгляд на арабе и показал пальцем на Улли.

Она тем временем отошла к деревянному стелажу со свитерами и уже держала в руках свитер изумрудного цвета.

— Спроси, сколько он стоит! — скорее приказал, чем попросил Сахно.

За сорок марок свитер был тут же куплен и надет. Потом араб вытащил откуда-то коротенькую коричневую куртку из замши. Сахно скривился, глядя на нее, но Улли она понравилась. Она сразу приложила к себе, потом надела ее и подошла к зеркалу.

Заплатив еще и за куртку двести марок, они вышли на улицу. Теперь нулевая температура была им не страшна. Но хотелось есть.

— Я из твоей доли потом все вычту! — сказал Сахно полушутя, повернувшись на ходу к Нику.