Игрок

Я покачала головой, не имея ни малейшего желания ввязываться в огромный скандал с Трейси.

Подхватив мокрый рюкзак, я направилась подальше от этого сумасшествия. Выбросив пакет с ланчем и презервативами в мусорное ведро, зашла в уборную, чтобы привести в порядок свою мокрую одежду. Меня трясло от холода.

Слезы все же брызнули из глаз. Я правда старалась быть сильной, но у меня не выходило. Холстед не просто досаждала мне, она издевалась надо мной, а ее папаша ничего не делал с этим, впрочем, как и моя мать.

«Девочкам просто нужно дать время», – твердила она.

Ее бездействие причиняло мне боль.

Я умылась и расчесала влажные волосы, подержала жакет под осушителем для рук, а затем направилась на занятия. После третьего урока у меня всегда было окно в расписании. Я уходила в укромное место в самом конце правого крыла школы. Садилась на широкий и низкий подоконник и наслаждалась тишиной. Сегодня я решила потратить свободное время на подготовку к английскому. Необходимо было довести эссе до совершенства.

Я выудила из рюкзака листок, а также банановое молоко – единственную уцелевшую часть ланча – и погрузилась в работу, почти не замечая дрожи в теле после утреннего переохлаждения.

– Прогуливаешь уроки?

Я вздрогнула, услышав знакомый голос.

О боже, он ведь обращался ко мне?

Мой взгляд медленно поднялся по потертым джинсам, белой футболке, черному бомберу с эмблемой «Сиэтлских Китов» и замер на леденцово-синих глазах Уилсона. В горле мгновенно пересохло, а язык прилип к нёбу. Я распахнула губы, но не смогла ему ничего ответить.

Рэй только недавно пришел в школу, по утрам у него была тренировка в спортивном центре, и он пропускал несколько занятий, закрывая пробелы в дополнительное время.

И да, я знала его расписание наизусть.

– У меня нет урока в это время.

– И ты всегда сидишь здесь в одиночестве?

Я кивнула.

Он хмыкнул, а затем сел рядом со мной и скинул с себя бомбер, оставаясь в одной футболке.

Счастливый бомбер – он никому не давал его, даже Трейси, хотя десятки девушек нашей школы мечтали, чтобы холодным вечером он накинул его на их плечи.

Я вздрогнула, когда горячее плечо прислонилось к моему плечу, и даже голову в его сторону боялась повернуть."

"– Мне нужно позависать где-нибудь полчаса, побуду здесь, – сказал он, бесцеремонно выхватывая из моих рук бутылку с банановым молоком и поднося ее ко рту. Я нервно сглотнула, ведь он случайно коснулся моего запястья.

Рэй Уилсон коснулся меня.

Боже.

И его прикосновение, казалось, оставило ожог на моей коже.