Игрок

– Не веришь? – искренне удивилась она, а затем выудила из сумочки телефон и протянула его мне. – Посмотри.

Я нехотя взглянул на экран. Там на паузе стояло какое-то видео. Устав ждать от меня действий, она сама нажала на экран. Увидев то, что там происходило, я почувствовал, как мое сердце раскалывается на части. Кирби была обнажена до пояса, Кэм целовал и трогал ее, прижимая своим телом к металлическому шкафчику. Она отвечала на каждый поцелуй, стонала и тяжело дышала, цепляясь за его рубашку…

Дерьмо!

Обнажена.

Я никогда не видел ее обнаженной, не торопил ее, считал, что рано для решительных действий.

Готов был ждать вечность."

"Я не мог больше удерживать взгляд на экране телефона, внезапно ощутил себя загнанным в угол.

Ее стоны и звуки их развязных поцелуев сменились свистом и вскриками радости, видео кончилось. Но, по правде говоря, мне и не хотелось смотреть на то, что происходило дальше.

Значит, теперь она стала одной из них? Этого Кирби так хотела?

– Она лгала тебе с самого начала, играла и манипулировала. Ты недооценил малышку Кирби, ведь все это время она мечтала не о тебе, вот, – продолжала Трейси, тыча в меня своим телефоном.

 – Она хотела стать мной. – Холстед попыталась коснуться моего лица, но я не позволил ей. Она пожала плечами и мило улыбнулась. – Можешь заехать после работы и забрать свой телефон, который ты оставил сегодня в раздевалке. Андерсон просил передать его тебе, но я не собираюсь бегать за тобой ради этого. Хорошего вечера, Рэй.

Она соскользнула со стула и ушла.

У меня сорвало крышу, тело наполнилось гневом до предела, а в такие моменты я плохо соображал. Я не привык доверять людям, потому что был другим, и мне никогда не стеснялись напоминать об этом.

Но в тот момент я поверил Трейси, все доказательства были у меня. Она звучала убедительно, она знала то, чего не могла бы узнать без Кирби.

И теперь, рассказывая об этом Стоун и зная, как я облажался, я уже не мог ожидать от нее прощения.

– Я думал, ты просто хотела…

– Популярности? Еще одного парня? – мрачно усмехнулась она. – Я не рассказывала Трейси о твоей семье и понятия не имею, как она узнала об этом, и я бы никогда не позволила бы себе назвать кого бы то ни было… инвалидкой. – Выражение ее лица стало лишь суровее.

 – Мы не целовались с Кэмом, он целовал меня, раздевал и лапал, а я отвечала, потому что думала, что это ты. Мое сердце так сильно стучало в груди, от волнения, вожделения, страха, что я не могла мыслить ясно.

Я сжал зубы, ощущая такую ярость, которой прежде не доводилось испытывать. На Трейси, на ее ублюдков-друзей, но главным образом на себя.

В глазах Кирби было запечатлено столько противоречивых эмоций: печаль, недоверие, разочарование… И у нее было полное право не доверять мне.