Игрок

Радость наполнила все мое тело, и я готова была улыбаться как идиотка весь предстоящий день, если бы не чувство вины.

Я должна все рассказать ему. Остаться с ним наедине и признаться, что я использовала его. Объяснить, почему сделала это, и надеяться, что он простит меня.

Свободная часть кровати прогнулась под тяжестью веса чужого тела, одеяло стало медленно сползать с моего лица, и я поняла, что больше не одна в этой комнате. Когда я открыла глаза, заметила Рэя с милой улыбкой на губах.

– Доброе утро, Бабочка, – прошептал он, наваливаясь на меня и располагая руки по обе стороны от меня.

Я обхватила ладонями его лицо, поглаживая гладко выбритые щеки.

– Доброе утро, – ответила я, не в силах сопротивляться улыбке, возникшей на моих губах после того, как я снова увидела его. Темные глаза Рэя, напоминавшие мне океан в шторм, сейчас были гораздо светлее и ярче, цветом больше походили на васильки. Нас разделяло пуховое одеяло, но я все равно чувствовала тепло и тяжесть его тела.

Рэй прижался к моим губам в мягком, даже робком поцелуе. Он не напирал, будто боялся спугнуть меня. Его язык очертил мою верхнюю губу, а когда я приоткрыла рот, оказался внутри, встречаясь там с моим языком.

Я запустила пальцы в его волосы, оттягивая светлые пряди, такие мягкие и шелковистые. Он был нежен со мной, потому что сам хотел насладиться моментом, растянуть его и смаковать.

– Ты красавица, – прошептал он, на миг отстраняясь, чтобы позволить нам обоим вдохнуть, а затем приникая к моим губам снова и углубляя поцелуй.

Я хотела бы возразить, да подходящих слов не нашлось.

Мы смогли оторваться друг от друга только через десять минут.

Рэй лежал рядом, переплетя наши пальцы, и со слабой улыбкой смотрел в потолок.

– Ты познакомилась с тройняшками?

– Можно и так сказать, хотя я даже не успела им представиться.

Рэй хмыкнул:

– Они сказали, что ты хочешь их съесть.

– Они решили, что я ведьма, и хотели положить мне монетки на глаза, чтобы с тебя спали мои чары, – сказала я в свою защиту.

Рэй тихо рассмеялся.

– Сомневаюсь, что монеты справятся с этими чарами. Такое снимается лишь смертью, – пошутил он. Или не пошутил. Я не могла понять. – Мама не обрадуется.

Два месяца назад Шарли решила, что их сосед является оборотнем и подбила других на борьбу с ним. Девочки стащили фамильные бабушкины ложки из серебра и разбросали их по участку мистера Дарвина.

Я представила удивленное лицо соседа. Девочки определенно были смышлеными.

– Полагаю, Шарли – это та, которая носит футболку с Пеннивайзом? – предположила я.

– Шарлотта, да.

– В желтом платье?

– Эбби.

Когда они спорили, я слышала еще одно имя, и теперь поняла все сама.

– В очках – Шерил?

– Да.