Игрок

Пульс в висках стучал так сильно, что разболелась голова, мой лоб покрылся испариной, пришлось расстегнуть еще несколько пуговиц на рубашке. Внутри меня бурлило нечто темное и обжигающее. И да, здравый смысл не затыкался, поэтому мне хотелось его заткнуть. Парой бутылок виски, например.

Мое сознание всегда обманывало меня, подбрасывая самые ужасные варианты предполагаемых событий. Это было моей проблемой с детства, я легко додумывал то, что мне было недосказано, видел то, чего не было на самом деле. Затем я так же быстро приходил в ярость.

Но сейчас я не стану следовать навязчивым мыслям.

Я направился в коридор, соединяющий холл и комнату для курения, прошел всего несколько метров, прежде чем услышал ее голос:

– Послушайте, я очень уважаю вас и тепло отношусь к журналу…

Я встал у стены так, чтобы меня не было видно. В коридоре было двое: Кирби и ее начальница. Из главного зала доносились приглушенные звуки музыки, но это не мешало мне слышать их разговор.

Начальница Кирби тихо рассмеялась:

– Это видно, твое упорство и талант поразили меня, Стоун.

Ты сделала то, что мы считали невозможным, и это похвально. Рекламная компания с тем хоккеистом имела ошеломительный успех. Это приведет журнал к новым высотам, и все благодаря тебе.

Я отшатнулся от стены, не в силах поверить собственным ушам. Злость, разочарование и отчаяние накрыли меня волной.

Нет.

Должно быть, это какое-то недоразумение.

Кирби недолюбливала меня, а наш секс у бара и последующая ссора были своеобразной невозвратной точкой в отношениях. Я-то хорошо понимал, чего желаю, однако никогда не задумывался, чего желала она.

Поэтому Стоун согласилась на отношения без обязательств, ей нужно было усыпить мою бдительность, втереться в доверие и убедить сняться для рекламы.

Черт!

И я принял это. Я думал, она говорила искренне, я думал, что Кирби верит в меня. Верит в того Рэя Уилсона, которым я всегда хотел быть.

– Послушайте, я хочу кое-что сказать…

– Это еще не все, – усмехнулась женщина. Судя по ее голосу, она была пьяна и пребывала в хорошем настроении. Я не мог слушать ее голос, он был отвратителен настолько, что хотелось залить уши цементом.

 – Ты усердно работала все эти месяцы, поэтому я приняла решение, которое уже озвучила Роуз. Должность дизайнера твоя. Поздравляю!

Я сжал челюсти так сильно, что заболели зубы. Звон в моих ушах нарастал с каждым мгновением. Все наконец встало на свои места. Тот самый недостающий кусочек пазла, который не позволял мне увидеть картину целиком, наконец нашелся.

Как я мог не понять? Это было на поверхности.