Игрок

Только не говори, что это из-за меня, я не поверю.

Черт возьми, еще никогда я так сильно не противоречил себе, ведь мне хотелось, чтобы она сказала, что все это из-за меня.

Кирби встала с кресла, складывая руки на груди в защитном жесте.

– В том числе. Мои чувства… – она осеклась, неловко отводя взгляд в сторону. – Я не могла там больше работать.

– Чувства? Сейчас ты будешь говорить о гребаных чувствах? Что из того, что произошло, было правдой? – Я сам не заметил, как стал орать на нее.

Она напряглась, хмуря брови, но достаточно быстро вернула себе самообладание.

– Я приняла это решение после того, как меня уволили по вине Далии. Я была так зла, Рэй. Зла на тебя за то, как ты обошелся со мной в прошлом, зла из-за того, что ты притащил Далию с собой, и она унизила меня на глазах друзей. Я была ослеплена яростью и решилась на это.

– Конечно, это же все меняет, – с сарказмом выплюнул я.

Она подалась вперед, ее щеки покраснели, а взгляд стал стеклянным.

– Мне жаль, что я так поступила с тобой. Я не прошу простить меня, но прошу понять, поставь себя на мое место.

– Я был на твоем месте! Но я ни за что не стал бы так обходиться с тобой.

Она покачала головой и продолжила:

– Я пожалела практически сразу, я хотела держаться как можно дальше от тебя, но это было провальной задачей с самого начала. Ты был прав во всем, я что-то почувствовала к тебе еще тогда, в семнадцать лет, когда ты единственный встал на мою защиту, когда помогал мне убирать поломанных бабочек, когда отдал свой счастливый бомбер.

– Замолчи…

– Я думала, что справлюсь с Рэем Уилсоном, с любимцем публики, с жестоким эгоистичным нарциссом.

Она подходила все ближе и ближе ко мне.

– Мне так и не удалось встретить того «злого» Рэя, хотя я отчаянно пыталась отыскать его в тебе.

Она оказалась так близко, что я почувствовал не только аромат ее парфюма, но и запах ее кожи. Это сносило все барьеры, я не мог противостоять ей, как бы ни пытался. Мой мозг упрямо твердил, что она предательница, которая использовала меня в своей игре, но сердце призывало умолять ее воспользоваться мной снова и надеяться, что это продлится как можно дольше.

– И отвечая на твой вопрос, правды между нами было гораздо больше, чем лжи.

Я мрачно усмехнулся, желая скрыть от нее свет, что пробивался сквозь гранитные плиты и тянулся к ней. Надежда во мне не утихала ни на секунду.

– Знаешь, Стоун, скажи ты мне прямо, что нуждаешься в помощи, даже при условии, что мы не спали, я помог бы тебе.

– Теперь я это знаю. – Кирби вскинула уголки губ в вымученной улыбке.