Игрок

Я заметил одного пьянчужку, сидящего в самом углу. Кажется, он полностью потерял связь с реальностью. Запах затхлости, сырости и старого, перебродившего алкоголя впитался в деревянные, выкрашенные в кирпично-красный цвет стены.

Я взглянул на стакан, в котором мне подали минеральную воду, и заметил следы от пальцев на стекле. Пить перехотелось моментально.

– Дерьмо! – воскликнул тот, с кем я пришел в это старое кафе, когда случайно влез рукой во что-то засохшее и липкое на барной стойке, за которой мы с ним сидели.

Сегодня я был в полиции и узнал, что Люк под арестом, он наконец покинул больницу и находился под стражей.

Еще одна интересная новость, оказалось, что Люк Спенсер – это не Люк Спенсер, а Говард Уоллис. Он примерил на себя новую личность, но зачем?

А все дело в том, что Говард Уоллис не впервые попался на таком. Восемь лет назад шестнадцатилетняя девушка заявила, что Говард подмешал ей что-то в напиток, а после изнасиловал. Все это происходило в Цинциннати, где Люк на тот момент был учеником старшей школы. Но тогда дело рассыпалось, через какое-то время девушка призналась, что солгала.

Но что-то мне подсказывало, что все это было хренью. Я уверен, что он запугал ее, и бедняжка не знала, что ей делать.

Еще один случай произошел через пару лет в Ричмонде, он приставал к девушке в клубе, принуждая ее заняться с ним сексом, но ему помешали очевидцы. Он тогда отделался штрафом и получил сто часов общественных работ.

И это только то, что было известно. Детектив Полсон заверил меня, что полиция займется этим делом основательно, самое малое, что Люк получит – двадцать лет. Но вероятнее всего он останется за решеткой до конца своей никчемной жизни, и я надеюсь, в его камере будет телевизор.

Я желаю, чтобы он смотрел мои игры и мочился в штаны каждый раз, как будет видеть мое лицо.

На прошлой неделе Стоун нашла в себе силы и встретилась с Трейси."

"Я настоял на том, чтобы пойти с ней. Кирби сначала не одобрила эту идею, но, поразмыслив немного, она поняла, почему я так категоричен, и согласилась. Она знала, что я не доверяю Холстед. Это не было паранойей, просто раны, которые остались в моей душе после того, что сделал или чуть не сделал Люк, были слишком свежи.

Однако Кирби все равно не позволила мне сесть рядом, поэтому мы договорились, что я займу другой столик.

Я сидел на кожаном диванчике с деревянной перегородкой вместо спинки, а за этой перегородкой примостился еще один диванчик, на котором расположилась Кирби. Холстед не знала, что я рядом.

Трейси долго рассказывала Кирби историю своей жизни, не позволяя той и слова ставить и даже не поинтересовавшись у нее, а хочет ли сводная сестра слышать это.