Игрок

Уилсон допил порцию текилы и зачесал назад непослушные волосы, второй рукой продолжая поглаживать меня под коленкой, а я не противилась, ведь, околдованная атмосферой вечера, тоже почувствовала жажду.

Жажду мести.

– А знаешь, почему ты отказываешься? Потому что я тебе не по силам.

– Мы не на ринге, Уилсон.

– Тогда почему я чувствую, будто ты защищаешься?

– Потому что ты привык нападать.

– Не воспринимай это как нападение, мы танцуем, – замерев в миллиметрах от моих губ, выдохнул он. Запах текилы, лайма и мяты взбудоражил мое сознание. Я прикусила язык, чувствуя его ладонь, добравшуюся до середины бедра.

Больших усилий мне стоило не сжать ноги, чтобы унять нарастающую пульсацию между ними. Уилсон наклонил голову и заглянул в мои глаза. – Шаг влево, шаг вправо, надеюсь, ты хорошо танцуешь и не оступишься.

Звучало как угроза. Полагаю, именно угрозой это и было.

– А если оступлюсь?

– То упадешь прямо в мои объятия, перестанешь изображать из себя стерву и больше не сможешь вернуться к танцу. Этого ведь ты так боишься?

Он бросал мне вызов, предлагал… станцевать, чтобы доказать, что я больше не хрупкая бабочка, которую он раздавил в прошлом.

Что он не имеет надо мной власти и что я не допущу ошибку вселенского масштаба и не стану одной из тех, кто засыпает с мыслями о нем.

Снова.

Его надменный оскал разозлил меня. Пожалуй, стоит столкнуть его с пьедестала, на который он сам возвел себя, а еще показать ему, что не стоит бросать вызов Кирби Стоун.

Я выпрямилась и уверенно взглянула на него, занимая место в его игре, а затем направилась к дому в античном стиле. Курорт «Санрайз» состоял из десятков таких домов и прилегающему к ним частному участку пляжа.

Из-за громкой музыки я не слышала шагов Уилсона, но знала, что он идет за мной."

"В холле было мало людей, все веселились на улице. По изогнутой лестнице я поднялась на второй этаж и прошла на балкон, вид с которого открывался не на площадку с торжеством, а на пляж и океан. Остановилась у стеклянных ограждений и взглянула на оранжевый закат и подсвеченные розовым светом облака. Через секунду почувствовала, как Рэй опускает ладони на мою талию и вжимается пахом в мою задницу. Теперь я не сомневалась в его намерениях.

Уилсон был твердым как камень.

– Мне нравится, как ты выглядишь в этом платье, – хрипло пробормотал он, едва касаясь губами моего уха. Я прикусила язык, чтобы не застонать, когда ощутила его пальцы, скользящие вверх по моим бедрам под шелковой тканью.

– Я надела его не для того, чтобы нравиться тебе.

– Для того, чтобы нравиться мне, тебе вообще ничего не следовало надевать, – протянул он, резко разворачивая меня к себе.

Его ладони накрыли мои ягодицы и сжали их.