Игры теней

— Думаете, он сказал правду о посредниках? — задумчиво протянул Альказ.

— Да. Ты знаешь, техножрецы способны не только проводить молебны и ремонтировать технику. Мы ещё умеем слышать эмоциональный фон живых существ. Он не врал, когда говорил, что власти могут обыскать катер. И когда сказал, что не хочет нас выдавать. Странно, он вообще не врал, — подумав, добавил верховный.

Быстро сменившееся давление прервало их разговор, и ксеносы почувствовали, что корабль достиг орбиты планеты. Им не требовалось много слов, чтобы понять друг друга. И чем больше они проводили времени вместе, тем сильнее становилось это странное единение. Откинувшись на переборку, Альказ вдруг подумал, а не сделал ли он самую большую глупость в своей жизни, согласившись на этот поход. Ведь он поставил на карту всё. Карьеру, славу и даже собственную жизнь.

Сидевший на своём стуле верховный техножрец, прикрыв глаза первыми веками, думал о чём-то своём, когда по каюте вдруг пролетел лёгкий тёплый ветерок. Ксеноброна охватило странное чувство покоя и уверенности в своём будущем. Не понимая, что происходит, Альказ настороженно огляделся, а расслабленно замерший техножрец вздрогнул и удивлённо уставился на него.

— Что это было? — растерянным шёпотом спросил Альказ.

— Помнишь, я рассказывал тебе о том, что дух корабля поддерживает своего капитана, если он ему нравится?

— Конечно, — кивнул Альказ, не веря своим ушам.

— Так вот, это был дух твоего корабля. Он заботится о тебе и готов помогать во всех твоих начинаниях.

— Это он вам сказал? — не удержавшись, ехидно спросил Альказ.

— Ты готов оспорить то, что говорит верховный техножрец твоего линкора? — вдруг загремел ксенос, выпрямляясь во весь рост.

— Кажется, я обидел вас, — удивился Альказ, не ожидавший такой реакции.

— Никогда, слышишь, ксеноброн, никогда не говори техножрецу, что он не понимает того, что говорит ему дух корабля, и не подвергай сомнению его слова. Поясняя желание духа, техножрец никогда не позволит себе солгать.

— Почему? — спросил Альказ с жадным любопытством.

— Потому что наказание за это страшнее всего, что ты можешь придумать. Таких мук не изобретёт ни одно живое существо, и поверь мне, ни одно живое существо не перенесёт его. Дух корабля позаботится об этом.

— Простите, верховный. Я не хотел оскорбить вас, — вздохнул Альказ.

— Надеюсь, что это так, — кивнул верховный, медленно опускаясь на стул.

Ксеносы снова замолчали, обдумывая случившееся. Вечер и следующее утро прошли в ожидании. Альказ уже готов был отправиться за ответами в рубку, когда дверь их каюты распахнулась и на пороге снова появился капитан. Устало улыбнувшись, он взъерошил остатки коротко стриженных волос и, рухнув на стул, сказал:

— Я договорился о встрече.