Иллюзия игры

 – Честное слово, ничем не отличаются! Значит, играть с ними можно так же, как с прочими.

– Да тебе-то откуда знать? – рассмеялся Гройс.

– Ты мне сам так говорил – что все люди в целом похожи.

– Я тебе говорил об этом, имея в виду исторический контекст! Вспомни!

– Неважно, – заупрямилась Ирка. – Это и к нынешним людям относится, современным!

Попугай, сидевший в клетке и внимательно слушавший их разговор, открыл клюв и что-то одобрительно крикнул.

– Вот и Прохор меня поддерживает!

– Прохор у нас приспособленец и подхалим, – заметил Михаил Степанович, строго покосившись на птицу.

 – Продался за еду.

– Прр-р-яжа! – неожиданно выкрикнул тот, прохаживаясь по палке, и издал серию нечленораздельных, очень громких звуков.

– «Прр-р-ряжа!» – передразнил Гройс. – Абырвалг! Так и не научился толком разговаривать, красноголовый! Продался-продался, нечего тебе возразить.

Кормление попугая Ирка понемногу взяла в свои руки. Поначалу она панически боялась огромной птицы устрашающего вида, тем более что дед предупредил ее: при желании ара легко может оттяпать человеку палец.

Ирка очень старалась не вызвать у Прохора такого желания.

Попугай попал к Михаилу Степановичу много лет назад. Он был в числе несчастных птиц, ввозимых контрабандой. Прохор долго пролежал связанный в тесном ящике и когда наконец был освобожден таможенниками, решительно ненавидел все человечество. Гройс тщательно ухаживал за птицей, подолгу разговаривал с ней, однако потребовалось несколько лет, чтобы попугай перестал проявлять агрессию к людям."

"Зато к тому времени, когда Ирка появилась в доме Михаила Степановича, попугай в хозяине души не чаял – как и хозяин в нем.

Прохор свободно перемещался по квартире, где для него в разных местах были приколочены «жердочки» – Ирка считала, что не жердочки, а настоящие жерди. Несмотря на страх, она не могла не любоваться птицей: сочно-голубое оперение, перья на крыльях ярко-желтые, голова и грудь насыщенного красного цвета, а перышки на лбу окрашены зеленым. Радужная, невероятная птица – и не будь у попугая такого клюва, Ирка давно бы уже попробовала завести с ним дружбу.

Однако как только стало ясно, что выгонять ее из квартиры не собираются, девочка принялась постепенно завоевывать расположение красавца.

Михаил Степанович кормил питомца специальными смесями для попугаев, балуя его иногда орехами, ягодами и фруктами. Ирка посидела некоторое время на форумах любителей ара, почитала о повадках и кормлении птиц и однажды утром очень осторожно предложила Прохору овсяную кашу.

– Что это ты делаешь? – озадачился Гройс.