Иль Мактуб. Судьба Эмира

Она всё это время строила свою зловещую империю, желая уничтожить меня.

Я увидел, как лицо Вики исказилось от отвращения. Она прижала руки к губам, её тело дрожало.

— Я казнил её, Вика, — произнёс я тихо, опуская голову. — Я наказал её за все грехи, за все её мерзкие игры. И тогда я поехал за тобой. Но я не знал, что уже родился наш сын, Миша.

Я сделал паузу, чувствуя, как сердце колотится в груди.

— Я оплакивал Алену, но правда о том, что случилось, разрывала меня на части. Я был дураком. Я не видел своего счастья, пока оно не ускользнуло из моих рук.

Я шагнул ближе к ней, видя, как она трясётся от всего услышанного. Я больше не мог сдерживать слёзы. Одна-единственная слеза скатилась по моей щеке, и я не стал её сдерживать.

— Я люблю тебя, Вика. Всегда любил. Даже когда не понимал этого. И сейчас, после всего, что я сказал, я готов просить прощения на коленях, если ты позволишь мне быть с тобой. Я не могу жить без тебя. Не могу жить без наших детей. Ты была и остаёшься всем, что у меня есть.

— Ты уничтожил мою сестру, — сказала она тихо, её голос был слабым, но в нём звучала твёрдость. — Ты разрушил мою жизнь. Ты заставил меня страдать. Ты лгал мне всё это время.

Я молчал. Она имела право на эти слова. Я заслуживал каждый упрёк, каждую каплю её ненависти. Но в её голосе было не только осуждение. Я видел в её глазах нечто другое — отчаянную попытку понять.

— Но… — она сделала паузу, её дыхание стало прерывистым. — Я не знала… не знала, что ты тоже страдал.

Её слова полоснули меня как плетью и я дернулся всем телом. Я смотрел на неё, не понимая, что она хочет сказать.

— Всё, что ты рассказал, Ахмад… — её голос дрожал. — Это кошмар. Это… невозможно принять. Но… — она сделала паузу, словно пыталась найти в себе силы продолжить. — Ты любил меня. Я чувствую это. И это — единственное, что сейчас имеет значение. Я не могу забыть то, что ты сделал, — продолжила она, её голос снова стал твёрже. — Я не могу просто закрыть глаза на твоё прошлое, на твоё насилие. Но я понимаю, что ты сам стал жертвой. Жертвой своих собственных демонов. Она сделала шаг вперёд, и я почувствовал, как дрожь пронизывает меня от головы до пят. Я был готов к её гневу, к её ненависти. Но она остановилась передо мной, её глаза смотрели прямо в мои, полные боли и чего-то неуловимого, чего-то за что мне хотелось схватиться обеими руками чтобы меня не затянуло в пропасть моего отчаяния.

— Ахмад, — произнесла она тихо, её голос был полон эмоций. — Ты говорил мне, что любишь меня. Но любовь — это не только слова. Это поступки.

— Да, Вика, — выдохнул я, не веря, что она всё ещё стоит передо мной, что она не отвернулась окончательно. — Я сделаю всё, что угодно. Я готов на всё, чтобы искупить свою вину перед тобой.